Выключаю всю электрику, наклоняюсь и расстегиваю пряжку на ремнях безопасности Рос, а следом открываю дверцу.
– Быстрее из кабины! Ложись! – ору я и толкаю Рос так, что она сваливается с сиденья и падает на землю.
Хватаю большой огнетушитель и бегу к задней части кабины, чтобы вылить углекислоту на дымящиеся двигатели. Огонь быстро гаснет, и я делаю шаг назад.
Растрепанная и глубоко потрясенная Рос ковыляет ко мне, а я стою и с ужасом гляжу на «Чарли Танго», мою гордость и радость. С нетипичным для нее проявлением эмоций Рос обнимает меня за шею, и я застываю.
Только теперь я вижу, что она рыдает.
– Эй. Эй. Успокойся. Мы на земле. Мы в безопасности. Извини. Извини. – Я недолго держу ее в объятиях и успокаиваю.
– Да, у тебя получилось, – всхлипывает она. – Получилось. Блин. Кристиан. Ты посадил нас.
– Да, точно.
Мне даже не верится, что мы с ней целы и невредимы. Я отхожу на шаг, вынимаю из кармана носовой платок и протягиваю ей.
– Что случилось, черт побери? – спрашивает она, вытирая слезы.
– Сам не понимаю.
Я просто в тупике. Блин, что такое? Оба двигателя? Но у меня нет времени на размышления. Еще остается угроза взрыва.
– Давай отойдем. Я выполнил аварийное отключение всех систем, но на борту еще столько горючего, что в случае взрыва от вулкана Сент-Хеленс останется только холмик.
– Но мои вещи…
– Забудь.
Мы стоим на небольшой поляне. Лопасти еврокоптера срубили верхушки на нескольких елках. В воздухе пахнет свежей хвоей, вертолетным топливом и едким дымом. Мы укрываемся за деревьями на безопасном, по моим оценкам, расстоянии от «Чарли Танго».
Чешу в затылке.
Оба двигателя?
Такое бывает редко. Я посадил «Чарли Танго» и залил пожар огнетушителем. Значит, двигатели сохранены, и мы сможем выяснить, что же случилось.
Но анализом причин потом займется Федеральное авиационное агентство. Прямо сейчас нам с Рос надо решить, что делать дальше.
Я вытираю лоб рукавом пиджака и обнаруживаю, что я потный, как свинья.
– Хорошо, что со мной остались сумочка и телефон, – бормочет Рос.
– Черт. Нет сигнала. – Она поднимает телефон кверху на вытянутой руке. – А у тебя? К нам кто-нибудь придет на помощь?
– Я не успел отправить сигнал бедствия.
– Значит, нет. – У нее мрачнеет лицо.
Я выхватываю телефон из внутреннего кармана и на мгновение радуюсь, почувствовав под пальцами коробочку – подарок Аны, но сейчас мне некогда думать об этом. Я просто знаю, что должен вернуться к ней.
– Если от нас не будет сообщений, в агентстве поймут, что у нас ЧП.
