– Ты знала, что Андреа вышла замуж? – спрашиваю я. Этот вопрос давно меня беспокоил.
– Нет. Когда?
– На прошлых выходных.
– И молчала, – удивляется Рос.
– Она сказала, что скрыла это от меня из-за запрета на неформальные отношения внутри холдинга. Я и не знал о его существовании.
– Это стандартный пункт в наших контрактах.
– По-моему, слишком суровый.
– Она вышла за кого-то из наших сотрудников?
– За Деймона Паркера.
– Из инженерного?
– Да. Мы можем помочь ему с грин-картой? Кажется, сейчас у него виза H-1B.
– Я погляжу. Хотя не уверена, что это удастся быстро сделать.
– Буду признателен. Кстати, я приготовил для тебя сюрприз. – Я меняю курс на несколько градусов, и мы летим на северо-восток минут десять. – Вот, гляди! – Я показываю на бугорок на горизонте, который, когда мы подлетим ближе, станет вулканом Сент-Хеленс.
Рос буквально визжит от восторга.
– Ты изменил полетный план?
– Ради тебя.
По мере нашего приближения гора разрастается и занимает все больше места в поле зрения. Теперь она похожа на детский рисунок вулкана – зубчатая вершина с белыми пятнами снега, сочная зелень деревьев в Гилфордском национальном парке.
– Ого! Она гораздо больше, чем я думала, – удивляется Рос.
Зрелище впечатляющее.
Медленно снижаюсь, и мы облетаем кратер. Он утратил свою классическую круглую форму. Во время извержения 1980 года обрушилась северная стенка. Отсюда, с воздуха, вулкан выглядит пустынным, инопланетным. На склонах еще заметны шрамы от последнего извержения, они тянутся вниз по склонам и еще не успели зарасти лесом.
– Потрясающе! Мы с Гвен хотим приехать сюда с детьми. Интересно, когда будет новое извержение? – размышляет Рос, непрерывно щелкая фотоаппаратом.
– Понятия не имею. Ну, полюбовались вулканом, теперь пора домой.
– Прекрасная идея. Спасибо тебе за такой подарок. – Рос радостно улыбается, ее глаза сияют.
Беру курс на запад и лечу вдоль южного притока реки Тоутл. На «Боинг-Филд» мы должны вернуться через сорок пять минут, и у меня останется еще достаточно времени, чтобы доехать до бара и выпить с Аной, фотографом и Элиотом.
Краем глаза я замечаю настойчивое мигание. Что такое? Главная сигнальная лампа.
Блин! Что за хрень?
«Чарли Танго» ныряет вниз.
Блин. Огонь в первом двигателе. Я принюхиваюсь, но ничего не улавливаю. Быстро сворачиваю в сторону, чтобы узнать, есть ли дым. За вертолетом тянется полоска серого тумана.
– Что-то случилось? Что такое? – спрашивает Рос.
– Не хочу тебя пугать, но у нас горит один двигатель.
