Мы поспели в Виндзор только к вечеру и застали двор накануне отъезда. Даже у Анны не нашлось для меня времени в суете сборов. Но я успела заметить два новых платья, прежде чем они исчезли в сундуке.
— Откуда это у тебя?
— Подарок короля, — коротко бросила она.
Я молча кивнула. Анна криво улыбнулась и уложила два чепца. Я заметила, и она, несомненно, увидела, что я заметила — по крайней мере один из них весь расшит жемчугом. Присев на скамью под окном, я наблюдала, как она кладет сверху накидку и зовет горничную перевязать сундук.
Девушка вошла, за ней слуга, чтобы вынести сундук.
Наконец Анна обернулась ко мне.
— Ну и что это значит? — спросила я. — Новые платья?
Она сложила руки за спиной, скромная, как примерная ученица:
— Он ухаживает за мной. Открыто.
— Анна, он мой любовник.
Она лениво пожала плечами:
— Тебя же здесь не было. Ты отправилась в Гевер, предпочла детей. Ты оказалась недостаточно, — она запнулась, — горяча.
— А ты достаточно?
Она улыбнулась чему-то понятному только ей.
— Этим летом в воздухе разлит какой-то жар.
Я стиснула зубы.
— Предполагалось, что ты будешь напоминать обо мне, а не сбивать его с толку.
Она снова пожала плечами:
— Мужчину легче привлечь, чем оттолкнуть.
— Интересно знать, — начала я. Хорошо бы слова стали кинжалами, метнуть бы их прямо в ее самодовольную рожу. — Если судить по подаркам, ты в самом деле привлекла его внимание. Ты фаворитка короля.
Она кивнула. Точь-в-точь как довольная кошка, душный аромат похоти, казалось, висел в воздухе.
— Понятно, тебе наплевать, что он мой признанный любовник.
— Мне велели, — нагло ответила Анна.
— Тебе же не велели вытеснять меня!
Пожала плечами, на вид — сама невинность.
— Что я могу поделать, если он мечтает обо мне? — произнесла кротко. — Двор полон мужчин, мечтающих о том же. Разве я их поощряю? Нет.
— Ты же со мной говоришь, не забудь. Не с одним из твоих идиотов. Я-то знаю, ты поощряешь всех подряд.
Опять эта ее вкрадчивая улыбка.
— Чего ты добиваешься, сестренка? Хочешь стать его любовницей? Вытеснить меня?
Внезапно выражение самодовольства ушло с ее лица. Казалось, она глубоко задумалась.
— Может, и так. Но тут есть риск.
— Какой риск?
— Если он меня добьется, может потерять интерес. Его трудно удержать.
— Мне — не так уж трудно. — Очко в мою пользу.
— Да чего ты добилась? Он выдал Бесси Блаунт замуж, когда все было кончено. И что она выиграла?"
"Я до крови прикусила язык.
