Но через секунду всё стало только хуже, когда над всей центральной площадью раздался неуёмный голос управителя:
— Я ВСЕХ ПРИВЕТСТВУЮ, ДАМЫ И ГОСПОДА!!! ОБЪЯВЛЯЮ ОБ ОТКРЫТИИ ВТОРОГО ДНЯ! ЗА ОДИН ДЕНЬ МЫ ЛИШИСЬ БОЛЕЕ ПОЛОВИНЫ МОЛОДОЙ ЭЛИТЫ СЕВЕРА! ЗА ОДИН ДЕНЬ МНОГИЕ ОТДАЛИ СВОИ ЖИЗНИ В БОЮ! ИЗ СТА ДВАДЦАТИ ВОСЬМИ БОЙЦОВ ОСТАЛОСЬ ЛИШЬ ПО ШЕСТНАДЦАТЬ В КАЖДОЙ ГРУППЕ! ОДНАКО СЕГОДНЯ ИХ СТАНЕТ ЕЩЕ МЕНЬШЕ… А ТЕПЕРЬ Я ПОПРОШУ ВЗЯТЬСЯ ЗА ДЕЛО НАШИХ УВАЖАЕМЫХ СУДЕЙ И СПУСТИТЬСЯ НА РИСТАЛИЩА…
На миг голубокровный притих, гул публики на арене зазвучал громче, а я от навалившегося напряжения крепко зажмурился и зубами вцепился в собственную ладонь, которую тотчас прокусил до самой кости, потому как чужеродная жажда медленно пожирала сознание изнутри.
Впервые пожирали меня, а не я.
Хотелось выть волком и лезть на стену. Хотелось бежать вперед и рвать первых попавшихся разумных на куски. Налитые кровью глаза резко переместились на ничего не подозревающих парней и безобидного старика, а далее против своей воли я даже сделал движение в их направлении.
«Нет, не надо. Только не их… — со страхом в голосе прошептала спата. — Ранкар, миленький, держись. Продержись еще немного…»
Я… я стараюсь… — вырвался истеричный полурык-полустон из глотки.
Однако или же Сущее было сегодня на моей стороне или же такова была судьба, но следом до ушей донесся долгожданный голос диктора, который принёс с собой не раздражение, а губительное предвкушение:
— Первое ристалище… Таргрим из побочной ветви верховного клана Хельхейм против Хессы из побочной ветви верховного клана Нифльхейм.
— Второе ристалище… Ласарис из побочной ветви верховного клана Альвхейм против Вестара из верховного клана Нифльхейм.
— Третье ристалище… Даскрим из побочной ветви верховного клана Муспельхейм против Талара из побочной ветви верховного клана Йотунхейм.
— Четвертое ристалище… Киданиан из верховного клана Муспельхейм против Ранкара из доминирующего дома Хаззак…
Диктор не успел довести свою речь до конца, а я уже стоял на ногах.
Правда, перед глазами всё плыло и багровело, пальцы на руках подрагивали, а шаг получался необычайно дёрганным. Впрочем, не это оказалось самым страшным.
Самым ужасным было невольно встретится взором с Рамасом и Тэйном. Им хватило краткого взгляда, чтобы всё предельно чётко понять. Улыбка тифлинга моментально померкла и судорожно сглотнув, тот с долей испуга посмотрел на невольно запаниковавшего падшего.
