Затем в школе появляется номер «Уэстклиффской звезды», посвященный выпускному.
Эта газета каждый год подробно освещает всего две темы. Первая, разумеется, это Уэллхаусский поворот. Вторая – выпускная церемония в Уэстклифф-Хай. Родители пишут краткие заметки о своих детях-выпускниках и присылают их в редакцию, и газета печатает их с самыми ужасающими фотографиями, какие только может найти, и все в школе читают это и смеются над детьми, уничижительные моменты из жизни которых смакуют родители других детей.
Мои папа с мамой готовились к этому событию с того самого дня, как мы вернулись из весеннего похода. Они говорят, мне понравится то, что они напишут. Очень понравится.
Когда я прихожу утром в школу, класс миссис Граер весь завален «Уэстклиффской звездой», и все читают ее. Я хватаю номер, меня переполняет страх, по спине бежит пот. Ну, давайте взглянем, что такого травматического написали обо мне родители – теперь все могут прочитать про гадкую Элизу.
Я направляюсь к своему стулу.
Меня сопровождает взгляд миссис Граер. Она исключительно прямо сидит на своем месте, глаза широко открыты, перед ней развернутая газета. Обычно она не смотрит на меня вот так, значит, я чем-то измазала лицо, либо родители действительно понаписали что-то такого, чего не следовало писать. Боже, вдруг они поместили мою фотографию в младенчестве? Может, они рассказали какую-нибудь историю из тех времен, когда я изо всех сил пыталась ударить по мячу для соккера и так жестоко промахнулась, что плашмя упала на землю.
Спешу к моему столу, сажусь, сняв рюкзак, и раскрываю газету. Перелистываю страницы, и руки у меня дрожат: рассказы о детстве, сломанных руках и бейсбольных играх, школьных постановках и днях рождения. Они следуют в алфавитном порядке, а я умудрилась пропустить свое имя и теперь листаю газету назад. Вот она я. Ужасная школьная фотография – я в седьмом классе, у меня сальные волосы, и брекеты, и самая настоящая водолазка.
Водолазка типа тех, которые носили в шестидесятых. Мои родители никогда не были великими писателями, но сумели настрочить целый параграф."
"Элиза Мерк
Мы так гордимся нашей Элизой, нашим первым ребенком. Сейчас она такая же упрямая и увлеченная, какой была всегда. Эти восемнадцать лет оказались длинной дорогой, на которой было много ухабов и поворотов, но она так многому научила нас: как быть родителями – и людьми.
