Мама передает тебе привет.
— Передай ей от меня тоже. — Выглянув в окно, он увидел Стилларда с сигаретой во рту, подходившего к зданию казармы.
— Послушай, любовь моя, мне тут пора идти. Я люблю тебя.
— Что, задание не ждет?
— Да, мэм."
"— Ну, тогда пока. Я тоже очень тебя люблю.
Повесив трубку, Гил отворил Стилларду дверь.
— Что, уже готовы к отправлению?
Стиллард, хмыкнув, вошел в комнату.
— Да, все готово. Осталось только вертолеты вывести на площадку. У тебя случаем не завалялась нигде бутылочка спиртного?
— У меня что, мало проблем?
— Блин, Гиллиган, ты цветешь и пахнешь, а вроде только из дерьма вылез.
Гил засунул руки в карман.
— Ты бы их всех перестрелял, старшина?
Стиллард вытащил сигарету изо рта и, глядя ему в глаза, сказал:
— Да, всех.
Гил кивнул и уставился в пол.
— И тогда бы я провел остаток моей никчемной жизни, просыпаясь рядом с ней, — продолжал старик. — Это ни о чем тебе не говорит? В любом случае, будь уверен, с тобой этого пока не случится.
Послушай, я всегда за то, что оградит мою команду от неприятностей. Это я сказал Меткалфу, это я говорю и тебе. Так что пусть все идет своим чередом — и точка. Я сказал Кроссвайту, в чем дело, и он понимает, почему я на тебя наехал. Хотел проверить, слабак ты или нет.
— А, черт, — выругался Гил. — Он знает, что я не ударю старика.
— Кстати, и получаса не прошло после хирурга, как твою иранскую пленницу завербовали… так что прими мои поздравления.
И еще: у нее мальчик. Ребенок подрастет, и лет через двадцать наверняка надерет тебе задницу или взорвет Таймс Сквер.
Гил улыбнулся.
— Слышал когда-нибудь притчу о партизане и коне?
— Да, помню эту вещь. — Он вернул в рот сигару. — Хочешь подшутить над стариком, малыш? Все, что ты только познаешь, я давно уже прожил.
26
Афганистан
Провинция Нуристан, деревня Вайгал
После того как капитан Кроссвайт и восемь «морских котиков» спустились по веревочной лестнице с двух вертолетов в низине в десяти километрах от деревни Вайгал, они прошли уже три километра пешком на север по лесистой труднопроходимой местности.
Вместе с ними шел проводник — афганец Фарух. Он был таким же полноправным членом команды: с оружием в руках, в боевой камуфляжной форме.
Колонна растянулась по извилистой горной тропе примерно на семьдесят метров, и на каждом был шлем IBH[64] со встроенной гарнитурой и очками ночного видения.
