Теперь вот от деда узнал, что привлекала деревня и внимание людей. И в свете высказанного дедом опасения за жизнь Евы, разговор, который состоялся у них с Феликсом, показался ему сейчас более серьёзным, чем он показался ему сначала.
Вчера, после того как все разошлись, они договорились встретиться с Феликсом наедине. Дэн подумал, что разговор будет про Еву, и Феликс если и не предъявит на неё права, то всё равно скажет Дэну что-нибудь вроде того, что он за ним наблюдает, и если что, то Дэн будет отвечать за Еву перед Феликсом.
И разговор действительно пошёл про Еву, но неожиданно в другом ключе.
Оказалось, существует целое тайное общество, которое знает много больше и о тайне её рождения и о миссии, которая на неё возложена, чем сама Ева. И у этого общества тоже есть враги, и он, Дэн, им нужен. Конечно, Дэн не собирался верить сыну человека, который представлялся ему жестоким бесчеловечным монстром, ставящим эксперименты над людьми. Но в озвученных Феликсом причинах, по которым он мог бы к ним присоединиться виделся ему здравый смысл.
Общество знало много, и готово было поделиться этими знаниями с Дэном, потому что они нужны ему, чтобы не тыкаться наугад. Результат, который может быть получен, имеет несколько вариантов. Не все их них со счастливым концом: погибнуть могут все участники, погибнуть может Ева, задача вообще может быть не выполнена и тогда погибнут все алисанги. Враги общества постараются помешать им в своих интересах, их не интересуют жизни Избранных, им не нужно возрождение Истинных Богов, они хотят привилегий для себя, причём таких, чтобы они могли ими распоряжаться неограниченно, а остальным они были недоступны.
Он говорил общими словами, но Дэн чувствовал, что Феликс точно знает о чём говорит, только не может сообщать подробностей тому, кто ещё не один из них. Дэн обещал подумать. И сейчас, осознавая, что жизни Евы действительно угрожает опасность, причины стать членом их тайной организации он считал более чем убедительными.
Дэн зашёл в вестибюль больницы с намерением, прежде всего, поесть.
В животе булькало больше литра дедовского чая, он немного Дэна взбодрил, но голод, которого он раньше не замечал, всё же напомнил о себе. Голод и головная боль, давящая на затылок. Но он не успел, ни выпить таблетку от головной боли, ни поесть – в вестибюле его дожидалась Настя.
— Дэн, — радостно поднялась она ему навстречу со скамьи, — Здравствуйте!
— Привет! – улыбнулся он девушке. — Меня ждёшь?
— Да, — кивнула она.
