Мог ли он сказать, как сильно мне хотелось вонзить нож в уродливую рожу Скудери? Я оглянулся на Скудери, желая стереть с его лица эту высокомерную ухмылку.
— Я думаю, мы должны пойти внутрь, чтобы обсудить дела, — сказал Лука, используя свой голос Капо.
Обычно, когда он так делал, это действовало мне на нервы, но на этот раз, вероятно, было к лучшему. У меня было чувство, что мой нож случайно войдет в глазное яблоко Скудери, если мне еще секунду придется терпеть его глупое выражение.
Скудери кивнул и открыл дверь.
Джианна практически прижалась ко мне, когда мы проходили мимо него. Желание защитить горело в моих венах. Возможно, она не осознавала этого, но то, что она искала моей близости, когда была напугана, было единственным подтверждением ее чувств ко мне, даже если она еще не осознавала их.
— Как ты можешь прикасаться к ней после того, что она сделала? После того, что ты видел. Я был бы возмущен, — сказал Скудери, закрывая дверь. Он явно не ожидал ответа, потому что повернулся к Луке.
— Если бы моя жена сделала что-то подобное, я бы убил ее, и у меня такое чувство, что ты сделал бы то же самое, Лука.
Ария бросила на Луку шокированный взгляд, но он был занят, глядя на Скудери.
— Я здесь не для того, чтобы обсуждать с тобой ""что если"". Я хочу покончить с этим раз и навсегда. Ты обещал нам кое-что, и я жду, что ты это сделаешь.
— То, что я обещал, больше недоступно? — Скудери кивнул в сторону Джианны.
— Но если вам нужен поврежденный товар, я уверен, мы сможем прийти к соглашению.
Данте ждет нас в гостиной. Это дело первостепенной важности, и последнее слово останется за Данте.
Лука встретился со мной взглядом, в его глазах ясно читалось предупреждение.
— Тогда пошли. У меня есть дела поважнее, чем болтать с тобой. И я уверен, что мы сможем прийти к взаимопониманию, которое принесет пользу всем нам.
Мне было наплевать на Данте и Скудери. Я заберу Джианну с собой в Нью-Йорк, даже если бы мне придётся выпотрошить каждого засранца.
Джианна
Я очень старалась сохранить нейтральное выражение лица, но это было невероятно трудно. К моему смущению, рука Маттео на моей спине действительно помогла мне сосредоточиться. С другой стороны, выражение его лица только усилило мою тревогу. Он был похож на человека, жаждущего крови. Я случайно взглянула на Луку и отца, которые тоже не утруждали себя любезностями.
С тех пор как я уехала, дела пошли совсем плохо.
