Почему я не протестовала? Почему я не могу признаться в своих чувствах даже сейчас?
Ария испытующе посмотрела на меня, но я пожала плечами, не обращая внимания на жар под глазами и стеснение в груди, когда я смотрела, как они забирают Маттео.
— Мы можем поехать за ними на машине, — прошептала она.
Я сглотнула и покачала головой.
— Нет. Лука прав. Мне нужно собрать вещи.
Нахмурившись, но не протестуя, Ария повела меня к ""Астон Мартину"".
Маттео
Каждый сантиметр моего тела болел, и моя голова чувствовалась будто заполнена хлопком.
Застонав, я попытался открыть свои гребаные глаза, которые, казалось, были приклеены. Сопротивляясь желанию открыть их ногтями, я медленно открыл их немного, затем полностью. Лука сидел на стуле рядом с моей кроватью. Чертова больничная койка.
— Только не говори, что ты отвез меня в гребаную больницу. — хрипло спросил я и закашлял. Черт. Мне казалось, что смерть согрела меня.
Лука наклонился вперед, с кривой улыбкой на лице. Неужели он должен так волноваться? Я больше не ребенок, нуждающийся в его защите.
— Теперь, когда ты снова ругаешься, я подумаю о том, чтобы перевезти тебя в свой пентхаус. Ромеро уже с нетерпением ждёт, чтобы играть в медсестру.
Я потянулся к игле на тыльной стороне ладони, чтобы вытащить ее, но остановился, когда до меня дошли его слова.
— В твой пентхаус?
— Тебе нужно отдохнуть несколько дней. И я знаю тебя, поэтому должен быть кто-то, кто присматривает за тобой.
Он внимательно наблюдал за мной. Как будто он пытался понять, смогу ли я принять плохие новости.
— Что-то случилось с Джианной?
— Нет. Она в порядке. — он помолчал.
— Говори. Черт побери!
— Я заключил с ней сделку.
— Хватит валять дурака. Скажи мне правду. Я справлюсь.
— Когда она позвонила мне, ты не дышал. Я боялся, что она воспользуется шансом сбежать.
— Моя жизнь против ее свободы, — сказал я с мрачным смехом.
— Она согласилась. Теперь она дома с Арией, собирает вещи.
— Мы должны защитить ее от бандитов. Ее отец не примет этого.
— Ты хочешь защитить ее? — недоверчиво спросил Лука.
— Она все еще моя жена. И я буду защищать ее столько, сколько она мне позволит.
— Она уедет, как только я все устрою. Тебе лучше забыть о ней, как можно раньше.
Я сверкнул глазами.
— Ты сможешь просто забыть Арию, потому что кто-то сказал тебе?
— Арию не нужно подкупать, чтобы спасти мою гребаную жизнь.
Я выдернул иглу из руки и высосал кровь, которая хлынула, прежде чем я спустил ноги с кровати, несмотря на головную боль.
