А сейчас он просто охвачен азартом, и его пальцы летают по клавиатуре, выстукивают срочное сообщение, и душу переполняет гордость: он это сделал, он – самый удачливый, знающий, успешный!
Карта МГТС, номер 012000157974. 14 часов 23 минуты, таксофон №… – быстрый взгляд в карту-схему – расположен у метро “Маяковская” (выход к ресторану “Патио-Пицца”). Звонок абоненту с номером 135-90-24, и проверять не надо, этот номер есть в “горячем списке”… 14 часов 29 минут, карта – та же, таксофон №.
., тот же район, 3-я Тверская-Ямская… 14 часов 35 минут… Абонент 135-90-24 не отвечает. Дальнейшие действия Объекта (хоть бы карту сменил, идиот!) его не касаются, жми на enter, твое сообщение ждут…
Дима. Спустя часОни могли ждать Желяева сколько угодно. Час. Или день. Или два. Или месяц.
Желяев мог быть в любой точке планеты. На даче (зарегистрированной, допустим, на жену или тещу). На другой квартире – своей или конспиративной. Или в отпуске.
Или в загранкомандировке.
Дима и Надя могли прождать его вечность. Но вечности у них в запасе не было. Максимум – сутки. А скорее всего – лишь до конца сегодняшнего дня. Или, может, даже меньше. В сущности, времени у них было до того самого момента, как бдительные жильцы обратят внимание на подозрительного типа в подъезде и вызовут милицию – а милиция соизволит приехать. И тогда уж… Дима не хотел даже думать, как мильтоны поступят с человеком, обвиняемым в убийстве депутата Государственной думы.
Он трезво понимал: шансов у него – один на миллион."
"Шансов, что Желяев именно сегодня приедет по месту своей прописки. Что ему удастся захватить его. Что он сможет выбить из Желяева под дулом пистолета признание. Что он запишет его, и благополучно скроется, и сможет опубликовать это признание в газете, и предъявить его в ментуре… И что ему поверят…
Слишком много должно совпасть благоприятных вариантов.
Судьба должна оказаться чересчур уж благосклонной к нему.
Но что еще ему оставалось делать? Только сидеть здесь, на подоконнике в желяевском подъезде, на площадочке между третьим и четвертым этажом. Сидеть и тупо ждать. Сидеть и курить, надеясь на чудо.
Дима нащупал в кармане куртки пачку “Мальборо”. Пачка была почти полна. Это почему-то вселило в него оптимизм. Оптимизм, совершенно не оправданный для сложившейся ситуации.
