Секретарский телефон все звонил и звонил. Полуянов, не постучав, открыл дверь. Изобразил на лице дежурно-снисходительную улыбку. Вошел. Звонок продолжал надрываться.
В первый момент Полуянов подумал, что в котовском кабинете тоже никого нет. Ярко горят люстры. Массивное хозяйское кресло из зеленой кожи пусто. На стопки бумаг брошены очки дужкой вверх. Включен стоящий на столе компьютер. За креслом – российский флаг, на стене – фотографический портрет президента.
А телефон в прихожей все звонит… И тут Димин взгляд споткнулся о что-то, резко диссонирующее со спокойно-державным стилем помещения.
Что-то нелепое, ненужное, странное и страшное лежало на полу, на полпути от хозяйского стола к двери. Что-то, на что и смотреть-то сил не было… Полуянов, внутренне холодея, перевел взгляд на пол. На ковре, навзничь, раскинув руки, лежал человек. Пиджак расстегнут, галстук сбился на бок. На груди, на синей рубашке, – красное пятно. Оно на глазах набухает, увеличивается в размерах. И еще одно темно-алое пятно – между подбородком и воротом рубашки.
Из него, пульсируя, булькая, пузырясь, кровь вытекает на темно-зеленый ковер. Возле головы человека уже образовалась лужа, и она с каждой секундой становится все больше. Лицо спокойно, умиротворенно, мертвенно-бледно. Застылость лица не оставляет никаких сомнений: человек мертв. Лицо известно Диме, он видел его вчера на фотографии в Интернете. Это – Котов.
Телефон в приемной умолкает. Наступает оглушительная, сверлящая уши тишина. Дима ни секунды не раздумывает, что ему делать.
Его ведет инстинкт. Инстинкт самосохранения. Он не бросается к трупу – и так видно, что Котов мертв. Он не бросается к телефонам. Полуянов пятится назад к двери. Президент со стены наблюдает за ним с участливым равнодушием.
Дима выскакивает назад в предбанник. Здесь по-прежнему никого нет. Подходит к двери в коридор, хочет распахнуть ее – но там слышатся шаги и голоса. Доносится обрывок фразы: “…За сто четырнадцать поправок и утопить можно…” Голоса удаляются по коридору.
Полуянов выжидает, стоя у двери. И тут на столе у секретарши снова звонит телефон – противным, дребезжащим звоном. Дима вздрагивает. Звонок действует на него, словно сигнал к бегству. Он решительно распахивает дверь и выходит в коридор. По направлению к главной лестнице удаляются два мужских силуэта. Мужчины солидно хохочут. Больше никого в длинном переходе нет.
Полуянов выходит в коридор, тщательно закрывает за собой дверь.
