На его лице играл лунный свет, который лишь слегка пробивался сквозь плотные кроны деревьев. Глядя на знакомые до боли черты, Вирджиния стиснула зубы, чтобы не показать, как она страдает.
И вдруг она снова увидела в нем Натана. Того самого Натана, о котором Ливия сказала: «Целый день, с утра до вечера, он думает лишь о деньгах!»
Конечно, он мог совершать хорошие поступки, но при этом он думал в первую очередь о том, как подать себя в наиболее выгодном свете.
«Прихлебатель, – подумала Вирджиния трезво, несмотря на всю сентиментальность момента.
– Прирожденный альфонс и прихлебатель».
Улыбаясь, Натан чуть подался вперед:
– Прежде чем я навсегда скажу тебе «прощай»… Вирджиния, любовь моя, ты не одолжишь мне еще немного денег?
2
Когда вернулся Фредерик, Вирджиния стояла у окна гостиной и глядела в темноту. Она слышала, как подъехала его машина, поэтому не испугалась, когда он подошел сзади и заговорил с ней. Фредерик не выныривал из тьмы, не подкрадывался, как Натан: характер у ее мужа был ясным и предсказуемым.
– Вот и я, – негромко сказал он. – Посадил Грейс на поезд. Она постоянно избегала смотреть мне в глаза. Как чувствует себя Ким?
Вирджиния повернулась к нему.
– Она спит. Я подходила к ней, смотрела. Спит очень тихо, спокойно. Мне показалось, что кошмары ее не мучают.
– Но я боюсь, что позже…
– Конечно, проблема еще не решена до конца. Но наша дочь жива, и она с нами. Сейчас это самое главное.
– Да.
Фредерик стоял, засунув руки в карманы джинсов.
В первый раз за все это время Вирджинии бросилось в глаза, как сильно он похудел. Ясно, что не только из-за Ким. В первую очередь из-за нее.
– Грейс в полной прострации. Горе просто сломило ее.
– Ты предложил ей…
– …остаться здесь? Да, предложил. Но она не хочет. Для нее это невыносимо. И я могу ее понять.
– Джек Уолкер принес так много горя людям! Стольким людям!
– Он больной человек.
– Это что, оправдывает его поступки?
– Нет. Только лишь объясняет их.
Они стояли друг напротив друга, чувствуя какую-то натянутость.
– Эта женщина… Лиз Алби звонила мне сегодня днем, – сказал Фредерик. – Она говорит, что очень рада за Ким. Сама она едет с отцом ее погибшей дочери в Испанию.
– В отпуск?
– Нет, насовсем. Они хотят попытаться начать новую жизнь. С нуля. В другой стране. По-моему, неплохое решение.
– Что бы ни случилось, всегда нужно идти дальше, – отозвалась Вирджиния, – идти вперед, какие бы горести ни преподносила жизнь.
