Но она вспоминает лишь хорошее."
"Как ездили в детский парк, где Сашка чуть не потерялся. Но я вовремя успела схватить его за руку. А в зоопарке уже я испугалась ослика, решившего подать голос, именно когда мы проходили мимо его изгороди. Тогда уже брат успокаивал меня. Много таких моментов. Моментов нашей семьи. Они моя поддержка. Они моя опора. И только эта мысль не дает скатиться в полное отчаяние.
— Маленькие дети — настоящее чудо, — заканчивает она и кладет руку на мой живот. — Я очень жду своего внука.
Пожалуйста, позаботься о нем.
Я снова плачу. Утыкаюсь маме в плечо. Дурацкие гормоны. Так нельзя. Но ничего поделать с собой не могу. Только пообещать, что с ребенком ничего не случится. Теперь я буду сильной. Обязательно поговорю с Маратом. И если он сделал такой выбор, я его приму.
Несколько моих неудачных попыток штурмовать офис Марата заканчиваются провалом. Но я не сдаюсь. Засовываю гордость очень далеко. Сажусь на скамеечку возле огромного высотного здания и собираюсь ждать.
Когда-нибудь он выйдет. Я не могу просто так отступить. Я хочу знать, что произошло.
Эта потребность жужжит внутри назойливой пчелой. Мешает сосредоточиться на обыденных делах. Думать мешает. Я должна ее удовлетворить. Иначе сойду с ума. Должна быть причина такого его поведения. Я хочу ее знать.
Конец лета. Солнце уже в зените. Жарко. А у меня даже воды с собой нет. Прячусь в тени. Взираю на блестящую поверхность огромного небоскреба. Там, на самом последнем этаже, офис Марата.
Наверное оттуда, сверху, город кажется шумным муравейником. А люди в нем ничтожными козявками. Неужели и я стала для него одной из них.
Прикрываю глаза. Слабый ветерок шелестит в кронах деревьях. Мягко ласкает кожу. Скользит по обнаженным ногам в открытых босоножках без каблуков. Я очень люблю лето. А вот зиму нет. Но она обязательно придет. И возможно быстрее, чем это можно представить. Чувствую, как сердце покрывается корочкой инея, при мысли что больше никогда не увижу Марата.
Не услышу мягкий звук его голоса, когда он, лаская мое тело, шепчет в раскрасневшееся ушко: мышь, ты меня с ума сводишь. Ты не мышь, а ведьма настоящая.
Не почувствую нежные касания сильных мужских рук. Больше никогда не смогу уткнуться носом в полы его рубашки. Вдохнуть только его такой сладкий аромат. Мозг от которого сразу прекращает функционировать. А тело готово стечь в лужицу возле его ног.
Я так привыкла ко всему этому.
