А вот эта часть замка была сделана с любовью. Тщательно продуманное сочетание цветов: бежевый, морская волна и красно-коричневый. Изящные светильники на стенах, теплый ворс самоочищающихся ковров под ногами. И живые картины — пейзажи, на которых изменяется время суток. Потрясающе, но…
— Может, найдутся другие комнаты? — тихо спросила я. — Не хочется занимать чужое место.
— Здесь никто никогда не жил, — отрывисто произнес Моргелин. — Осматривайтесь. Я прикажу доставить ваши вещи. Домашние животные?
Я на мгновение замерла, а после охнула:
— Кажется, у нас есть цветок! Но где?
— Со мной, — улыбнулась Деми, и ее короткие волосы ""расцвели"" любопытными соцветиями.
Гел усмехнулся:
— Был бы твой друг старше, и не было бы никаких проблем. Нападающих бы просто не нашли.
— В каком смысле? — напряглась я. — Он опасен?
— Не для своей семьи, — покачал головой Гел. — Здесь нет служащих, я приношу еду из города. Что бы вы хотели?
— Если можно, то я бы хотела каши с мясом и пряник, — попросила Деми и тут же добавила: — Но вообще я мало ем.
Мы вас не стесним. Не надо ничего. Мамочка работает, и нам ничего не нужно.
Гел побледнел, открыл рот, закрыл, а после опустился перед Деми на одно колено и уверенно произнёс:
— Надо. Я вот очень давно не ел медовые пряники. Потому что когда ешь один, то невкусно.
— Тогда будем есть вместе. А ещё попросим маму приготовить яблочный пирог. Он очень вкусный.
— Договорились. — Гел протянул Деми мизинец. — Обещаешь есть столько, сколько влезет?
— Да, а ты?
Краска бросилась мне в лицо! Как же быстро мое солнышко перешла на неформальное общение.
Но Гел не дрогнул ни единым мускулом.
— И я. Кто нарушит договор, тот тухлое яйцо.
Поднявшись, он коротко улыбнулся и двинулся в обратную сторону. И едва он исчез из виду, Демельза повернулась к квэнни Нортренор.
— Возьмите клятвы, вам же хочется.
— Что? — Я переводила взгляд с дочери на ничуть не смущённую женщину.
— Возьму, — спокойно кивнула квэнни Нортренор, — для того и пошла с вами.
А ты и правда Чтица.
Деми пожала плечами.
— Может быть. Мама говорит, что я ребенок. И солнышко.
— Пойдем, милая, — квэнни Нортренор поманила меня за собой, — это может показаться жестоким, но такова необходимость. Мы уже обожглись и едва не потеряли Моргелина.
— Ничего не понимаю, — искренне сказала я и следом за квэнни вошла в свою будущую спальню.
— Не мне рассказывать эту историю, — усмехнулась она.
