Кажется, ее зовут Нольвен.
— Потерялась? — без приветствия спросила она.
— Добрый день, квэнти, — спокойно ответила я. — Ищу Моргелина.
— Он сейчас занят, — копируя мой тон, отозвалась красавица. — Я могу чем-то помочь?
— Мне нужно связаться с квэнти Арлетт, я работаю на нее и пропустила несколько дней, — задвинув гордость подальше, ответила я.
Нольвен потерла кончик носа и прищурилась.
— Так ты и есть проектировщик зелий? Вот из-за кого работа встала!
Это было настолько обидно, что я, забыв о неразумности споров с проклинателями, хлестко ответила:
— Да уж, виновата.
Надо было оставить дочь в плену и продолжать работу, ведь деньги — это главное.
Круто развернувшись, я направилась назад, к спальне. И с каждым шагом понимала, что совершила ошибку. Кто знает, может, между Гелом и этой проклинательницей что-то есть. Или она просто важный для него человек. Нам жить в этом замке целый год и…
— Прости, — она навалилась на меня со спины, — у тебя волосы по-другому заплетены, и я тебя не узнала.
Арлетт тоже занята, так что она сама с тобой свяжется.
— Я… Вы тоже простите меня. Следовало выбирать другие слова.
Повернувшись лицом к проклинательнице, я выдавила улыбку. Все же не зря в Империи советуют держаться подальше от тех, кто владеет столь нестабильным даром. Или он нестабилен только у нас? Я стою рядом с Нольвен уже довольно долго и даже успела поговорить с ней, но пока что не проклята.
«Но я же помню, помню, рядом с Тэйлиль все сгнивало за считаные секунды. Бедняжка постоянно ходила в ограничителях», — вспомнила я.
И присмотрелась к девушке. Но ни тоненькие золотые колечки в ушах, ни простенький кулон, ни перстень — ничего из этого не могло быть ограничителем."
"— Иногда стоит спросить, — ухмыльнулась вдруг Рыжая. — Это вы к себе нашу дочь взяли?
— Вашу дочь?
— Ну, получилось, что мелкие синие соцветия считают себя девочками, а яркие малиново-желтые цветки уверены в своей мужественности, — непонятно ответила Нольвен. — Я про цветок.
— О, да, мы.
Точнее, Деми, моя дочь. Они так сроднились, что она таскает его в волосах. — Я улыбнулась.
— Мне жаль, что наши девчонки медленно взрослеют, — вздохнула Нольвен, — будь она из осеннего клубня, тебе бы не пришлось беспокоиться.
— Да, мне уже говорили, — кивнула я.
Хотелось уйти. Яркая, острая сила проклинательницы тревожила меня. И хоть уже стало понятно: ее контроль идеален, — мне все равно было нехорошо. Как будто моя сила вновь пытается пойти вразнос.
