Метрах в ста по ходу виднелось левое ответвление дороги, а прямо напротив крысиной дыры путников встречал покосившийся железобетонный забор мертвого стрелочного завода, распластавшегося по огромной территории серыми громадинами пустых разрушающихся цехов. Справа от дороги, клонясь к земле погнутой табличкой, торчал старый указатель. Краска его давно уже выцвела и по большей части облупилась. От букв и стрелок остались лишь едва различимые контуры. Рядом со стрелкой «прямо» Стас разобрал два слова – «Лазарево» и «Иваньково», над стрелкой, указывающей влево, за грязью и пожелтевшей лакокрасочной шелухой проступали контуры слова «Вербовский».
Глава 15
Дорогу, пролегающую между территорией завода и обширным пустырем, раскинувшимся на километры вокруг, миновали относительно спокойно. Лишь однажды четверка собак, оторвавших вымазанные красным морды от чьей-то туши и поднявших головы над высоким бурьяном, заставила путников насторожиться и взять стайку в прицел. Но, затратив секунд пять на оценку намерений друг друга, потенциальные участники вероятного конфликта предпочли разойтись миром.
Псины, увидев, что оружие двуногих чужаков опустились, одна за другой вернулись к своей кровавой трапезе, а люди, искоса поглядывая на заросли сухого пыльного репья, полыни и громадного борщевика, продолжили путь. Темный монстр слева, невозмутимый и величественно-скорбный, провожал их, равнодушно взирая из гулкой пустоты своих бетонных доспехов, оглашаемой редкими криками изголодавшихся ворон.
– Стас. Так, кажется? – на секунду оглянувшись, заговорил Леший.
«Смотри-ка. Неужели запомнил? Я польщен», – подумал Стас.
– Ага.
– Ты сам-то откуда будешь?
– Из Владимира.
– М-м, Владимир, – промычал Леший. – Не близко. Давно промышляешь?
– Порядком.
– Я это… ну… спасибо сказать хотел за крысу. Ловко ты ее приложил и вовремя как раз. А то я уже стрелять собирался. Лучше, думаю, ногу себе дырану, чем заразу-то какую подхватить.
– Да на здоровье."
"– Здоро-о-овье, – задумчиво повторил Леший, вздохнув. – Это штука нужная.
Месяца три назад, – снова обернулся он и, замедлив ход, поравнялся со Стасом, – пришлось мне тут немного лесами пошариться. Заплутал малость, бродил-бродил и выбрел на хуторок какой-то. Захудалый, смотреть страшно, избы дырявые все, прогнившие. Ни скотины, ни людей на улице не видать, даже куры не бегают. Что, думаю, за дела? Пошел дальше по прогону. Надо же дорогу спросить у кого-то. Вижу, бабка сидит на завалинке. Хотя хрен там разберет, бабка или не бабка.
