Такая спешка продиктована тем, что миссия капитана носит характер спасательной экспедиции (надеюсь, это поможет тебе представить переполох, с недавних пор царящий в Городе чужаков). Комиссар затребовал к себе мистера Дента, и тот перепугался до смерти! Он уверен, что его заточат в тюрьму, и потому отказался покинуть свое жилище, а сторонники его, опасаясь той же участи, оказывают ему всяческую поддержку.
О том вчера мне поведал Чарли Кинг, который все видел своими глазами. Комиссар осознал, что чужеземцы охотнее пожертвуют жизнью китайских купцов, нежели расстанутся с опием, и предпринял конкретные шаги: прекратил выдачу выездных пропусков, лишив иностранцев возможности сбежать из Кантона, и ополчился на самого крупного неисправимого контрабандиста.
Все это застало врасплох Дента и его приспешников, полагавших, что статус европейца освобождает их от личной ответственности за преступления.
Стоило видеть Дента, когда ему предъявили ордер на арест. В мгновенье ока от него осталась лишь жалкая оболочка прежнего человека, он тотчас забыл свою хваленую доктрину свободной торговли и спрятался под юбкой мамки-правительства.
Дент и его дружки держатся спесивыми фанфаронами, однако в сущности они — презренные трусы и были бы полными ничтожествами, если б за ними не стояли британская армия и флот, гаранты их наживы.
Теперь ты, наверное, поймешь, милая Пагли, какой ажиотаж вызвало прибытие капитана Эллиотта. Огромная толпа китайцев и чужеземцев наблюдала, как он сходит с судна и шествует к английской фактории, над которой моментально взвился британский флаг.
Затем капитан направился к жилищу Дента, и тот, дрожа как лист, под защитой Эллиотта перебрался в английскую факторию, ставшую его логовом и убежищем. Чарли говорит, это позор и бесчестье для Британии, укрывшей отъявленного преступника под своим флагом.
Вскоре иноземных торговцев созвали на общее собрание; приглашение меня не касалось, но ты же знаешь, до чего я любопытен. Я не мог пропустить этакое событие и напросился в спутники к Задиг-бею.
Ты не представляешь, дорогая Пагли, какой бедлам царил в английской фактории — торговцы всех мастей спешили занять места, мы с боем взяли два стула.
Хотелось бы сказать, что капитан выступил с вдохновенной речью, однако это была обычная начальственная тягомотина. Он ни словом не обмолвился о том, что его правительство потворствует контрабанде опия, и даже не помянул обвинения, выдвинутые против Дента и ему подобных.
