— Нет большего идолопоклонства, чем представлять рынок соперником Всевышнего!
— Господа, господа! — Уэтмор постучал по столу, призывая к порядку. — Не время для богословских дебатов! Мы должны рассмотреть ультиматум, и не забудьте, что на кону человеческие жизни.
— А что тут обсуждать? — пожал плечами Бернэм. — Раз комиссар Линь — чудище и безумец, то с ним не сговоришься.
Уэтмор хотел ответить, но его опередил редактор Слейд:
— Вот тут мы с вами расходимся, Бернэм. На мой взгляд, он ни то, ни другое, а просто чрезвычайно хитрый мандарин.
Комиссар хочет нас запугать, чтоб затем похваляться своими подвигами и заработать очередной шарик на шапку. Я не верю ни в его грозность, ни в ужас, который изображают наши друзья из Ко-Хон. Мне совершенно ясно, что они заодно с комиссаром и разыгрывают маленький спектакль: надели маски страха, рассчитывая заполучить наш товар даром. Подобным фарсом нас потчуют не впервой. Не стоит покупаться на заурядную китайскую уловку.
— И что вы предлагаете? — спросил Бернэм.
— Каков ваш план?
— Я предлагаю держаться твердо, продемонстрировав им нашу непреклонность. Как только китайцы это увидят, Хоуква и Моуква скоренько все уладят: сунут в лапу одному, подмажут другого — и дело с концом. Они останутся при головах, а мы — при своем товаре. Но если дадим слабину, потеряем всё, сейчас самое главное проявить принципиальность.
— Вот как? — изумился Кинг. — И какие же принципы лежат в основе контрабанды опия?
— Похоже, сэр, вам нравится быть незрячим! — Бернэм грохнул кулаком по столу.
— Свобода и право — это ли не принципы, которые обеспечивают возможность вольным людям вести дела без оглядки на всяких тиранов?
— По этой логике, сэр, всякий душегуб оправдает свои действия естественным правом. Если ваша хартия свобод несет смерть и горе неисчислимой массе людей, она не что иное, как лицензия на убийство.
Кинг и Бернэм вскочили, испепеляя друг друга взглядами. Уэтмор вновь забарабанил по столу:"
"— Прошу вас, господа! Я вынужден напомнить: дело срочное, некогда вести абстрактные дискуссии.
Время поджимает, и оттого мы с мистером Кингом взяли на себя смелость набросать черновик нашего ответа комиссару.
— Да неужели? — усмехнулся Дент. — Спору нет, вы славно потрудились, Уэтмор. И что же там сказано?
— Если коротко, мы извещаем Верховного комиссара о готовности выполнить его требования, но с некоторыми оговорками.
— Вон как! — Губы Дента сошлись в нитку.
