— Где моя лодка, сволочь ты этакая? Ты услал лодочника?
— Моя шибко виноват, мистер Барри. Моя хотеть приятный сюрприз, прокатить мой лодка. Да вот маленько опоздать.
— Ты сделать очень большую гадость. Гляди, мистер Барри один в лесу. А если мой змея ужалить?
Лодка подошла к берегу, Давай выпрыгнул на причал и низко поклонился:
— Прости, мистер Барри, осеня прости. Садись лодка, моя отвезет мистер Барри в Ачха-Хон.
Иных вариантов, кроме как принять приглашение, не было, но Бахрам не собирался изъявлять благодарность.
Не глядя на Давая, по сходням он взошел на борт, намереваясь пройти на корму.
Прямо перед ним был большой павильон, в котором некогда Чимей кормила клиентов. Сейчас вход в него украшали цветистые изображения драконов и фениксов. В приоткрытую дверь Бахрам увидел женщину, на фоне красной лампы читавшуюся силуэтом. Он вздрогнул. Возникло видение: Чимей спешит ему навстречу, он слышит ее высокий переливчатый голос: «Привет-привет, мистер Барри!»
Бахрам замер, но Давай легонько подтолкнул его к дверям павильона:
— Мистер Барри не хотеть войти?
Бахрам отвел взгляд от женской фигуры.
Он не сентиментален, не в его характере жить прошлым и горевать попусту; Чимей не вернешь, незачем погружаться в воспоминания.
— Нет, не хотеть, — сказал он. — Пойду наверх.
Бахрам шагнул к трапу на верхнюю палубу и уже взялся за поручень, но вдруг подумал, что, может, не стоит туда подниматься. Он хорошо помнил ту часть лодки, где обычно они с Чимей сиживали вечерами.
Возможно, там, в домике, ее и убили.
Значит, душегубы поднялись вот по этому трапу? Возникла мысль спросить, не знает ли Давай, где именно все произошло. Бахрам мысленно сформулировал вопрос и понял, что не сможет произнести: «В каком месте Главный сестра умирать?» Слова как будто принижали ее смерть.
И потом, что толку, если он это узнает?"
"Бахрам поднялся на пару ступенек, но вновь замешкался. Наверное, все же лучше остаться внизу и найти местечко для отдыха. Однако зародившееся нездоровое любопытство помешало вернуться.
Бахрам быстро одолел последние ступеньки и, оказавшись на верхней палубе, облегченно выдохнул, ибо жилище Чимей изменилось до неузнаваемости: на стенах, выкрашенных золотым и красным, висели гирлянды фонариков с кисточками, но кровать, стулья, шкафчики и жертвенник исчезли, уступив место обстановке прогулочной лодки — лакированным кушеткам, табуретам, чайным столикам и прочему.
Бахрам прошел на нос лодки, где стоял диванчик под навесом.
