– Только не думай, что из-за этого я буду ставить тебе лучшие оцен… – начал он с наигранной строгостью. Я рассмеялся: это уже стало нашей дежурной шуткой. – Кстати, думаю, ты унаследовал от Гарсий кое-какие способности, – сказал мой новый родственник. – Алиша рассказала, что ты сегодня заставил меня превратиться сильным мысленным импульсом.
– Он вырвался из меня как-то… сам собой. – Я пожал плечами.
– В самый подходящий момент. – Он глубоко вдохнул и выдохнул. – Но я уже попросил Алишу никому об этом не рассказывать.
Кузены ненавидели меня не только потому, что я был богаче их, – они знали, что я, если захочу, в любое время могу прочесть их мысли.
– Но вы же говорили, что этим не занимаетесь.
– Теперь уже нет. – Фаррин Гарсия криво усмехнулся.
Я кое-что понял. Но у меня было ещё много вопросов.
– Каково это – расти дельфином среди акул?
– Одиноко, – сказал он. – Очень-очень одиноко. А теперь марш в кровать – завтра уроки. – На этот раз он говорил серьёзно.
– Хорошо… Фаррин. – Несмотря на все передряги и предстоящую войну, я был счастлив.
Прежде чем отправиться спать, мне надо было непременно рассказать обо всём случившемся Джонни, которого я бо́льшую часть жизни считал дядей. Я взял телефон и, чтобы не разбудить Джаспера, ушёл за лодочный ангар. Джонни был на ночном дежурстве в мотеле «Оранж Блоссом». Когда я рассказал ему, что произошло, он на время потерял дар речи. Потом сказал:
– Это просто… невероятно!
– Всё хорошо, мы живы, – успокоил я его, хотя, когда я вспоминал, как у мистера Гарсии в лодке остановилось сердце, у меня у самого колени делались ватными.
– Разве не круто, что мы с Фаррином родственники?
– Теперь, когда у тебя появился настоящий родственник, твой старый ненастоящий дядя Джонни тебе, наверное, больше не нужен…
– Не дури, Джонни… Хоть ты мне и не дядя, но самый что ни на есть настоящий… и лучший в мире опекун! – А потом мне пришлось положить трубку, потому что иначе я заснул бы на месте и на следующее утро проснулся с отпечатком телефона на лице.
С питонами не целуются
Завтракал я вопреки обыкновению не с друзьями, а с родителями за одним из столиков на балконе столовой. Издалека нас можно было принять за нормальную семью.
Но в нормальных семьях вряд ли обсуждают обесцвечивание кораллов в связи с климатическими изменениями, кровную месть и поедание живой рыбы.
Потом Айрис, перегнувшись через стол, прошептала:
– Если вы и правда решили объявить войну Леннокс, мы должны тебя предостеречь.
