– Война, которую мы должны выиграть раз и навсегда. Только пока не знаю как.
– Мы поможем чем сможем, – пообещала Айрис, и на секунду в ней проглянула акула – беспощадная и опасная. Хорошо, что они со Скоттом на нашей стороне. Лидия Леннокс приобрела двух противников, которых не стоит недооценивать, и, возможно, наш загадочный союзник Алан Дорн будет и дальше нас поддерживать."
"Дикие дельфины теперь снова могли плавать самостоятельно, и мы с ними попрощались.
– Я спросила их, не видели ли они случайно дельфинов со съёмочной площадки, и один сказал, что самец пытался к ним примкнуть, – сказала Шари, приближаясь к «Зодиаку».
– Но они не поладили, и Артус поплыл дальше.
– Может, кто-то из дельфинов уже вернулся на съёмочную площадку, – предположил я, а Финни, Ральф и Леонора тем временем вскарабкались на борт и оделись. – Они ведь не знают другой жизни. – Я обнял Шари за плечи, и она прижалась ко мне.
– С тобой так океанисто, – сказала она и уснула ещё до того, как мисс Уайт успела завести двигатель.
В «Голубом рифе» на причале и пляже собралось много народу. Протиснувшись сквозь толпу, я проводил родителей к мистеру Кристаллу.
– Ничего, если мы останемся до завтрака? – спросил Скотт.
– Без проблем: можете переночевать в хижине для гостей – мы недавно её отремонтировали. – Директор выглядел страшно усталым: наверняка и его группе пришлось ожесточённо сражаться. Но, как я слышал, им тоже удалось отразить нападение людей Лидии Леннокс.
– Отлично, давно не спал на двухъярусной кровати, – пошутил Скотт.
Айрис и бровью не повела:
– Переживём. Если не свалимся.
Надо же, у неё есть чувство юмора. Постепенно я начинал к ним привыкать… И они ко мне, кажется, тоже.
Разумеется, нам, ученикам, надо было срочно обсудить сегодняшние события. Лишь поздно вечером мне удалось поговорить с Фаррином Гарсией наедине. Все уже спали, а мы брели по пляжу, кутаясь от ноябрьской прохлады в толстовки с капюшоном.
– Мистер Гарсия, а вы знали, что мы с вами родственники? – с некоторым смущением спросил я.
Мистер Гарсия рассмеялся, но тут же поморщился: наверное, рёбра у него всё-таки ещё болят.
– После всего что произошло, можешь называть меня Фаррином, – сказал он. – Что касается твоего вопроса: нет. Фамилии Андерсон и Гарсия – не самые редкие во вселенной. Но в последнее время я решил навести справки, потому что всё чаще замечал сходство между нами. Правда здорово? – Он с улыбкой смотрел на меня.
– Здорово. – Я улыбнулся в ответ.
