— Джессику нанял мой отец, так? — сухо спросил Томас, неотрывно глядя на Уолтера.
Тот словно побледнел от смущения, хотя я прекрасно понимала, что это просто невозможно. Слабо кивнул.
Я чуть не поперхнулась от этого известия. Джессику нанял отец Томаса, лорд Грегор? Нет, с одной стороны, это логичное предположение, поскольку, насколько я понимаю, убить Томаса она не стремилась. За месяц более чем тесного знакомства у нее было множество возможностей это сделать. Казалось бы, что может быть проще: вонзить кинжал в сердце спящему мужчине, который не ожидает от тебя ничего дурного.
Ну, или воспользоваться каким-нибудь заклятьем, если не желаешь пачкать руки лично. Но нет, Джессика достаточно продолжительное время наслаждалась обществом Томаса, после чего начала действовать. Причем, насколько я поняла, ее основной задачей было сделать так, чтобы Томаса сочли умалишенным. И все состояние Томаса, полученное им от деда, перешло бы после суда к лорду Грегору. Стоит заметить, Джессика достигла в этом определенных успехов.
Подождите, но при чем тут документы по делу лорда Митчелла, которые она выкрала из дома Велдона? Они-то каким боком относятся к судебной вражде между Томасом и его отцом? Или…
Нет! Я отчаянно замотала головой, ужаснувшись пришедшей в голову мысли. Лорд Грегор не может быть таинственным сообщником жестокого убийцы! Или может?
И я моляще уставилась на Томаса, надеясь, что он сейчас прояснит этот момент.
Однако моим чаяниям не было суждено сбыться. Судя по мрачному выражению лица, бедный Томас сейчас думал о том же самом.
— Нет, бред! — наконец, выдохнул он. — Мой отец вряд ли пересекался в свете с лордом Митчеллом. Что их могло связывать? Разный возраст, разные увлечения…
— А при чем тут лорд Митчелл? — удивленно переспросил Уолтер. — Я не был знаком с этим человеком. К счастью, конечно. Но наслышан про его так называемые подвиги. И я не понимаю, почему вы вспомнили о нем в этой ситуации.
Томас несколько раз сжал и разжал кулаки, явно силясь успокоиться. Затем глубоко вздохнул и с демонстративным спокойствием попросил:
— Уолтер.
Я буду безмерно вам благодарен, если вы оставите свое кокетство, присущее лишь женщинам, и расскажете, как все обстояло в действительности.
— А почему я должен так поступать? — неожиданно заупрямился Уолтер.
Томас аж переменился в лице после такого заявления. Шагнул было к кругу, при этом настолько сурово сдвинув брови, будто всерьез собирался набить морду мертвецу.
— Возмездие, — негромко напомнила я.
