— Когда ты собирался мне рассказать?
— Я не знаю. Я хотел вчера. Или в любой другой момент, когда ты бы заметила, что это не просто сделка между нами. Я надеялся, что ты поймешь, когда ты была в постели со мной, и …
— Остальные знают?
— Амрен и Мор знают. Азриэль и Кассиан догадываются.
Мое лицо горело. Они знали. Они…
— Почему ты не сказал мне?
— Ты была влюблена в него, собиралась выйти за него замуж. А потом ты… Ты столько натерпелась, что я не чувствовал, что будет правильно, если я расскажу тебе.
— Я заслужила знать.
— Одной ночью ты сказала мне, что хочешь отвлечься и повеселиться. А не связь мейтов. И конечно же не с таким, как я — живущим в хаосе. — Значит, слова, которые я выплюнула ему в лицо после ночи во Дворе Кошмаров до сих пор не отпускали его.
— Ты обещал. Ты обещал, что больше никаких секретов, никаких игр. Ты пообещал.
Что-то в моей груди начало обрушиваться. Часть, которую я считала давно исчезнувшей.
— Я знаю, что обещал, — ответил Рис, его лицу вернулось сияние, — Думаешь, я не хотел тебе рассказать? Думаешь, мне приятно было услышать, что ты хочешь меня только, чтобы развлечься и расслабиться? Ты думаешь, это не свело меня с ума так, что эти ублюдки подстрелили меня в небе, потому что я был слишком занят мыслями, должен ли я просто сказать тебе или нужно подождать, или просто принять любые крохи, что ты мне предложила и довольствоваться ими? Или, может, я должен отпустить тебя, чтобы ты не провела всю свою жизнь в бегах от убийц и Высших Лордов, которые будут охотиться на тебя за то, что ты со мной?
— Я не хочу это слышать.
Я не хочу слышать, как ты объясняешь мне, что решил, что знаешь лучше меня, с чем я не смогу справиться…
— Я так не решил…
— Я не хочу слышать о том, что ты решил держать меня в неведении, в то время, как твои друзья знали, в то время как вы все решили, как будет лучше для меня…
— Фейра …
— Верни меня обратно в иллирийский лагерь. Сейчас же.
Он глотал воздух большими прерывающимися вдохами
— Прошу.
Но я налетела на него и ухватила за руку.
— Сейчас же верни меня обратно.
В его глазах я увидела боль и сожаление. Увидела, но мне было все равно. Не сейчас, когда что-то в моей груди скручивалось и ломалось. Не тогда, когда мое сердце… Мое сердце болело, настолько сильно, что я осознала — в последние пару месяцев оно каким-то чудом исцелилось. Он его исцелил.
Теперь оно болело.
Рис увидел это и даже больше на моем лице.
