"
"Внутри, на подушке из белого бархата угнездились три сверкающих рубина, каждый из которых был размером с куриное яйцо. Все они были настолько чистого и богатого оттенка, что казалось, были сделаны из…
— Кровавые рубины, — сказал Рис.
Я хотела дотронуться, но одернула себя.
— В Летнем Дворе есть обычай, согласно которому, в случае, если их Двору нанесено смертельное оскорбление, то обидчику посылают кровавый рубин. Это официальное заявление, что за его голову назначена цена — что за ним теперь идёт охота, и он скоро попрощается с жизнью.
Шкатулка прибыла во Двор Кошмаров час назад.
Святая мать.
— Полагаю, на одном из них моё имя. И твоё. И Амрен.
Темный ветер захлопнул крышку.
— Я совершил ошибку, — сказал он. Я открыла рот, чтобы ответить, но он продолжил. — Я должен был стереть память стражам и оставить их в покое. Вместо этого я вырубил их. Прошло уже порядочное время с тех пор, как я использовал физическую… защиту вроде этой, и я был так сосредоточен на своих иллирийских тренировках, что забыл о наличии других вариантов в моём арсенале.
Стражи наверняка очнулись, и сразу же пошли к Тарквину.
— Он бы всё равно очень скоро заметил отсутствие Книги.
— Мы могли бы отрицать все подозрения в нашу сторону и представили бы пропажу совпадением, — Рис осушил бокал. — Я совершил ошибку.
— Это не конец света, если ты иногда ошибаешься.
— Тебе сказали, что ты отныне враг Летнего Двора номер один, а тебе всё равно?
— Нет, но я не виню тебя.
Он вздохнул и просто продолжал смотреть на свой город, пока дневное тепло снова не превратилось в кусающий холод.
Ему это было не важно.
— Может, ты ещё вернёшь Книгу, когда мы обезвредим Котёл, и извинишься..
Рис хмыкнул.
— Нет, эта Книга книга останется у Амрен столько, сколько будет ей нужна.
— Тогда объясни Тарквину всё как есть. Ведь, очевидно, ты хотел быть его другом так же сильно, как и он хотел быть твоим. В ином случае ты не был бы так сильно расстроен.
— Я не расстроен. Я раздражён.
— Смысл один и тот же.
Он слегка улыбнулся.
— Междоусобицы, подобные этой, могут длиться веками — даже тысячелетиями. Но если такова цена за предотвращение войны и помощь Амрен… Я готов её заплатить.
Я поняла, что он мог бы отдать всё, что у него есть. Все личные надежды и собственное счастье.
— Остальные знают о кровавых рубинах?
— Эту шкатулку принёс Азриэль. Я сейчас думаю над тем, как сказать Амрен.
— Почему?
Тьма заполнила его изумительные глаза.
