Мы не позволим плохо обращаться с нашей спасительницей.
Моё лицо приняло безразличное выражение. Вот почему Тамлин первоначально разыскивал Ианту? Чтобы заключить союз? Моя грудь напряглась. Я повернулась к ней.
— Мне пора. Скажи Тамлину, что мы увидимся завтра.
Завтра, потому что сегодня вечером, как сказала Ианта, мы должны спать по отдельности. Согласно их древнему обычаю.
Ианта поцеловала меня в щеку. Ее капюшон скрыл комнату от меня на одно сердцебиение.
— Я к Вашим услугам, Леди. Дайте знать, если Вам что-либо потребуется.
Я не стану звать ее, но кивнула.
Когда я выскользнула из комнаты, я обернулась посмотреть в зал, где Тамлин и Люсьен были окружены Высшими Фэ. Возможно, не такими утонченными как другие, но… Они выглядели так, словно знали и сражались друг за друга уже очень давно. Друзья Тамлина. Он представил меня им, и я мгновенно забыла их имена. И не пыталась запомнить их снова.
Тамлин запрокинул голову и захохотал. Остальные засмеялись вместе с ним.
Я ушла прежде, чем он смог заметить меня, пробираясь через переполненные залы, пока не оказалась на тусклой пустой лестнице, которая вела в жилое крыло.
Оставшись одна в спальне, я осознала, что не могу вспомнить, когда в последний раз по-настоящему смеялась.
* * *
Потолок надвигался, большие, тупые шипы настолько горячие, что я могла видеть жар, исходящий от них, даже будучи прикованной к полу. Прикованной, потому как я была безграмотной и не могла прочесть загадку, написанную на стене, и Амаранта была бы рада увидеть меня пронзенной насквозь.
Все ближе и ближе. И не было никого, кто спас бы меня от этой ужасной смерти.
Будет больно. Больно и медленно, и я заплачу — может, я даже буду звать мать, которой никогда не было до меня дела. Может, я буду молить её спасти меня…
* * *
Меня начало трясти, когда я села прямо в кровати, борясь с невидимыми цепями.
Я бы пошла в ванную, если бы мои руки и ноги не тряслись так сильно, если бы я могла дышать, дышать, дышать…
Дрожа, я осмотрела спальню. Реально — вот это реально.
Те ужасы были ночными кошмарами. Я выбралась; я жива; я в безопасности.
Ночной ветер подул сквозь раскрытые окна, развевая мои волосы и суша холодный пот. Темное небо манило, звезды такие тусклые и крошечные, словно морозные крапинки.
Брон говорил так, словно моё испытание с Червём было спортивным соревнованием. Как будто из-за одного моего промаха меня бы не проглотили целиком и не выплюнули бы мои кости.
Спасительница и шут, по-видимому.
