Иосиф, когда узнал, какие планы вынашивает Дегтярь, по-дурацки развеселился: может заработать — это одно, а приносит домой живой рубль — совсем другое, пусть студенточка передаст это своему Овсеичу, большому экономисту.
Аня дословно передала весь разговор, товарищ Дегтярь спокойно выслушал и ответил:
— Стрелки часов не стоят на одном месте. Котляр, ты должна сделать выбор: или — или.
Аня вдруг расплакалась: почти весь последний год у нее на душе так тяжело, что больно заходить в собственный дом.
Иона Овсеич, хотя он не медицинский работник, объяснил, что это в порядке вещей, так и должно быть: когда человек после долгой болезни выходит на свежий воздух, поначалу у него всегда кружится голова и покалывает сердце.
Зимой у Ани не было времени поехать к Саше и Пете. Теперь была возможность использовать два дня праздника, выпросить еще на пару дней освобождение, но вопрос упирался в деньги. У Иосифа были деньги, он сам предлагал, но брать после всех разговоров — это идти на прямое унижение.
А какая необходимость, если до июля осталось круглым счетом два месяца, и она сможет сама заработать. Слава богу, от мальчиков регулярно приходят письма, один другого в шутку называют лейтенант Котляр-меньшой и лейтенант Котляр-старшой.
Когда зашел разговор о Саше и Пете, у Ионы Овсеича возникла новая идея: написать в училище про гвоздарню Иосифа, и пусть сыновья, без пяти минут командиры Красной Армии, возьмут хорошо в оборот своего папашу-кустаря.
У Ани внутри все оборвалось: нет, это будет позор на весь Советский Союз! Она с трудом уговорила Иону Овсеича отложить и обещала сама обсудить с сыновьями, когда увидятся летом.
Клава Ивановна не одобряла этой уступки: плохой пример, как холера, которая пролезает через любую щель. Оглядываясь на Котляра, Граник тоже понемногу берется за старое. Для Ионы Овсеича это была полная неожиданность: почему Малая до сих пор молчала! Это во-первых.
А во-вторых, о каком примере может идти речь, если Иосиф Котляр — инвалид гражданской войны, а Ефим Граник — здоровый бугай!
У Ефима, сказала Клава Ивановна, в свое время вырезали язву желудка и дома маленький ребенок, Соня докупает женское молоко. Язва желудка. Иона Овсеич хлопнул ладонью по столу, его личное дело, а дети есть у каждого: советская власть окружает материнской заботой, и надо целиком потерять совесть, чтобы жаловаться.
