Он наслаждался скоростью, он наслаждался свободой… За те пятнадцать лет, которые он не был в городе, практически ничего не изменилось: те же цветущие бульвары, те же резные, немного скособоченные домишки, лишь слегка потесненные кирпичными пятиэтажками, фонтан перед парком культуры… Олейников проехал мимо проходной родного авиазавода, где теперь, как он узнал от Плужникова, собирают космические ракеты, затем свернул на площадь… И тут он заметил за собой слежку.
Олейников увеличил скорость – черный автомобиль не отставал.
Мотоцикл Олейникова заложил пару крутых виражей, но преследователи цепко сидели у него на хвосте. Дистанция сокращалась. И тут Олейников вспомнил свой старый трюк, который когда-то давно помог ему, мальчишке, случайно разбившему огромную стеклянную витрину универмага, сбежать от преследовавших его на автомобиле милиционеров. Олейников рванул в переулок, шедший по высокому и крутому берегу Волги, домчался до узкой пешеходной лестницы, спускающейся на набережную, и смело направил свой мотоцикл вниз по ступенькам, оставив посрамленных преследователей искать другую дорогу!
* * *Тонкие березки шелестели молоденькой листвой, по-весеннему радостно пели птички, лазоревым светом играло небо в серебряном зеркале Волги.
Яркие лучики солнца искрились на медной табличке:
ОЛЕЙНИКОВА Елизавета Андреевна
1897–1959
Олейников положил на могилу матери букет полевых цветов и нежно погладил резной дубовый крест."
"Вдруг, словно почувствовав что-то, он резко обернулся и не поверил своим глазам: перед ним стояла Катя, держа в руках такой же букетик полевых цветов.
– Катя?.. – удивленно прошептал Олейников.
– Ты?! – еще с большим удивлением воскликнула Катя.
Пытаясь совладать с чувствами, они стояли и молча смотрели друг на друга. Наконец, решившись, Олейников сделал шаг вперед.
– Катя, я должен все объяснить…
– Не надо, Петя… – безразлично сказала она, – ничего не надо объяснять. Все в прошлом… Я все давно забыла…
И, словно его здесь нет, она прошла мимо Олейникова, положила букетик на могилу и, не сказав ни слова, ушла.
* * *– Ну? – нетерпеливо спросил Даллес у входящего в его кабинет Тоффроя.
– Сигнал, оставленный Дедалом, нами считан, – сообщил генерал. – Но, к сожалению, канал, подготовленный для связи с Дедалом десять лет назад, теперь недоступен.
– Недоступен? – удивленно переспросил директор ЦРУ.
– На месте лесного массива, где предполагалось осуществлять закладки, русские построили новый микрорайон – «Черемушки».
