Брагин отдал ей конверт, полученный от Онегина, обошел машину и уже протянул руку, чтобы открыть водительскую дверь, как вдруг за его спиной раздался голос:
– Погоди, Серег… Поговорить надо…
Брагин обернулся.
Перед ним стоял Олейников, чуть в стороне из-за руля серебристо-синей «Волги» выглядывал Цибуля.
– Привет тебе от Томаса… – тихо сказал Олейников.
Лицо Брагина стало серым. Он молчал, глядя Олейникову прямо в глаза. Из окна машины выглянула встревоженная Катя.
– А если я сейчас сбегу?.. – наконец выдавил из себя Брагин.
– Нет, Серега, не сбежишь, – покачал головой Олейников и посмотрел на Катю.
– Не сбегу, – согласился Брагин, поймав взгляд Олейникова.
– Может, в гости пригласишь? – предложил Олейников. – А то неудобно как-то посреди улицы…
* * *– Как ты узнал? – спросил у Олейникова Брагин, когда они остались одни на кухне в его квартире.
– Цыганка нагадала… – сказал Олейников, закуривая. – Опознала тебя на фотографии передовиков соцпроизводства. Вместо Либермана.
– Не понял…
– Да ладно, Серега, это не важно.
Считай, что совокупность обстоятельств и логических рассуждений привела меня к этому выводу.
Брагин помолчал немного, потом, потянувшись к стоявшему в шкафчике графину с водкой, спросил:
– Выпьем?
– Не, Серег, не сейчас. Ты мне лучше про Томаса расскажи…
Брагин задумался.
– Сигарету дай, – попросил он.
Олейников протянул ему пачку. Брагин достал сигарету, размял ее пальцами и, сломав пару спичек, прикурил."
"– Он официантом работает… – сделав затяжку, сказал он, – в вагоне-ресторане.
Катается по всей стране туда-сюда, не вызывая подозрений. А нас тогда с Либерманом на завод в Днепровск отправили… в очередную командировку. Ну, и сидим мы в вагоне-ресторане, выпили уже крепко, а Либерман мне про свою больную тетку рассказывает…
* * *– Вась Василич позвонил кому-то, попросил, – говорит мне Либерман, – тетушку мою в Кремлевку положили…
– И что? – спрашиваю я.
– Да ничего! Очередь на пересадку почки на три года вперед. И этот, наглый такой, врач-администратор мне прямым текстом: хотите, мол, процесс ускорить – двадцать тысяч рублей.
Откуда у меня такие деньги? Я тетке говорю: давай твою квартиру продадим, а она: нет. Вот умру – все тебе достанется. Не могу же я, мол, тебя без наследства оставить.
– Я тебя понимаю, – говорю, наливая еще по рюмке, – у меня самого с сыном…
– Знаю, – кивает Либерман.
Мы чокнулись, выпили. Я ему предлагаю:
– Иван Иваныч, возьми у меня денег.
– Да ты что, Сереж! – замахал он руками.
