И, кстати, как я понимаю, теперь остался лишь один человек, кто знает про вашу вторую жизнь?
– Что вы имеете в виду?
– В Днепровске…
– Откуда вы знаете?! – вскричал «объект», привставая. – Вы что, следили за мной?!
– Тихо, тихо… вы перекричите громкоговоритель! – осадил его человек в кепке. – У нас работа такая – знать все.
«Объект» сел на место.
– Если с ней что-то случится… – с угрозой в голосе произнес он.
– Ну-ну-ну… – похлопал его по плечу человек в кепке. – Я и не собирался. Успокойтесь.
Лучше ответьте на мой вопрос…
– Ура, товарищи! – крикнул в этот момент ответственный работник в микрофон.
– Ура! – взорвался ревом трибун стадион.
* * *На вокзал города Днепровска прибыл поезд.
Суетливо забегали пассажиры, что-то невнятное объявил диктор."
"Сошедших с поезда Олейникова и Цибулю было не узнать. Благодаря гриму Олейников вновь, как когда-то, преобразился в брюнета с усиками, а волосы Цибули приобрели неожиданный соломенно-рыжий оттенок. Оба они были одеты в весьма приличные костюмы, при галстуках, а голову Цибули венчала широкополая парусиновая шляпа.
Цибуля нервничал – непривычный галстук сильно сдавливал его шею, он все время крутил головой и пытался ослабить узел.
– Ты становишься популярным! – толкнул его в бок Олейников, показывая на их фотографии, висевшие на стенде «ИХ РАЗЫСКИВАЕТ МИЛИЦИЯ».
– Петруш, пойдем скорей отсюда! – нервно попросил Цибуля, надвигая шляпу на глаза.
– Конечно, пойдем! – охотно согласился Олейников, поправляя Цибуле ослабившийся галстук.
– У нас с тобой намечена большая культурная программа: музеи, достопримечательности. Но начнем мы, пожалуй, с ресторанов.
– С ресторанов? – удивился Цибуля. – Мы ж только поели в поезде…
– В поезде, дядя Коль, пища вульгарная. А я люблю изысканность во всем, даже в еде… А если серьезно, то официанта одного мне надо найти. И начнем мы с ресторана, что к ракетному заводу поближе. Наш товарищ Либерман, царство ему небесное, часто же здесь в командировках бывал, а?
* * *По пустому залу ресторана «Днепровск», словно муравьи, носились официанты.
Готовились к вечеру, накрывая белоснежными скатертями столы и расставляя приборы.
– Товарищи, товарищи! У нас закрыто! – бросился управляющий к появившимся на пороге Олейникову и Цибуле. – Приходите после семи.
– Я бы хотел задать всего один вопрос… – начал Олейников.
– А вы, товарищи, собственно, кто? – перебил его управляющий.
