– Что-нибудь еще, Павел Михайлович? – спросила Зина, глядя на задумчивое лицо генерала.
– Вот что, Зиночка… соедините меня с Олегом Гудасовым!
* * *– Собаки прошли все виды испытаний, – объяснял доктор Газенко, вводя облаченных в белые халаты Царева, Онегина, маршала Недолина и академика Закарповича в лабораторию института авиационной и космической медицины. – Они могут длительно находиться в кабине без движения, могут переносить большие перегрузки, вибрации, умеют сидеть в своем экспериментальном снаряжении, давая возможность записывать биотоки сердца, мозга, артериальное давление…
Навстречу членам комиссии, весело повиливая хвостиками, выбежали четыре дворняжки, обнюхали всех по очереди и сели рядом с Царевым.
– Чувствуют, кто главный! – улыбнулся Газенко.
– Ну что, Сергей Павлович, выбирайте очередных смертниц, – съязвил Закарпович.
– Н-неудачная ш-шутка, Р-ростислав Карлович, – возмутился Онегин. – Я ув-верен, что н-на этот р-раз все п-пройдет удачно.
– Давайте этих! – сказал Царев, показывая на двух собачонок, державшихся вместе.
– Как их зовут?
– Стрелка и Жулька, – ответил Газенко.
– Жулька? – переспросил Недолин. – Забавно…
– Жулька! – фыркнул Закарпович. – Представляю западную прессу: «В Советском Союзе в космос летают жулики…»
– Жулька… Жулька… действительно, звучит не очень… – погладил собачку Царев. – Какая белоснежная… Пусть будет Белка!
* * *Пятачок перед входом в магазин «Нумизмат» был весьма популярен как среди начинающих филателистов, так и у заядлых коллекционеров.
Помимо самих любителей марок и монет ежедневно вокруг магазина собирались всякие темные личности, готовые предложить самый дефицитный товар на любой вкус.
Безрезультатно потолкавшись с полчаса среди спекулянтов, Олейников вошел в магазин и, протиснувшись к прилавку, убедительным шепотом сообщил на ухо продавцу, что он из отдела по борьбе с хищениями социалистической собственности. Продавец вздрогнул, но после того, как Олейников пояснил, что у него просто есть маленькая личная просьба, расплылся в улыбке и, выслушав пожелание, водрузил на прилавок табличку «ПЕРЕРЫВ» и исчез.
Через пару минут он вернулся, неся в руках солидный фолиант.
– Вот, пожалуй, лучшее издание, – источая благожелательность, сказал продавец. – Здесь все про самые редкие марки, в том числе и про вашу «Пропавшую деву».
– Премного благодарен, – сказал Олейников. – И сколько стоит это книга?..
– О чем вы говорите! – всплеснул руками продавец.
