Вот же старый прохвост! Почти заставил меня усомниться в своём решении. Но такой уж он человек, видит цель и идёт к ней напрямик, не стесняясь просить о невозможном.
Хан выпрямился и повернулся к собравшимся. Расправил плечи, поднял подбородок и сразу стал выше, внушительнее. Воздух вокруг него словно наполнился невидимой силой.
— Я дарую Магинскому Павлу Александровичу титул ноён тайжи. Ты побратим с ханом, — громко произнёс старик, и его голос заполнил пространство. — Выделяю тебе земли рядом с границей. Так что считай, что твоё маленькое царство прямо сейчас увеличилось.
Монголы захлопали. Звук сотен ладоней, ударяющихся друг о друга, напоминал раскаты грома. Некоторые кричали что-то на своём языке. Может быть, приветствия, поздравления, боевые кличи. Ну, или проклинали. Другие стучали рукоятями оружия о пол или о столы. Треск, грохот, звон — вёе смешалось в единый гул одобрения.
Я прищурился, глядя на хана. Что за игру он ведёт? Зачем такая щедрость? Что за планы таятся в этой древней голове?
— Пока ты отдыхал, — хмыкнул хан, и в его глазах заплясали озорные искры, — я работал.
— Я не отдыхал, — поправил его, слегка наклонив голову. Мы оба знали, через что мне пришлось пройти."
"— Можешь как хочешь называть, но без сознания был ты, а не я, — парировал мужик, скрестив руки на груди. Его губы дрогнули в улыбке.
— Кто твою дохлую душу в это тело впихнул? — вопрос прозвучал с иронией, без обиды. Между нами установилось странное понимание, почти родство, несмотря на все различия.
— Детали! — улыбнулся старик в ответ, и морщины на лице собрались в карту пройденных им дорог и битв.
Наверное, поэтому мне он и пришёлся по душе. Засранец ещё тот, но засранец умный, хитрый, с чувством юмора и собственным кодексом чести.
— Помимо земли, ты получаешь войско в двадцать тысяч бойцов, которое будет охранять твои новые территории, — продолжил хан, и с каждым словом его голос становился увереннее, мощнее. — Я переселю туда людей, все под тобой будут. Заботься о них.
У хомяка случился припадок — вон пена пошла изо рта.
Внутри всё перевернулось, закружилось. Двадцать тысяч воинов? Территория рядом с моей? Даже он — жадный, алчный, порочный — не был готов к такой щедрости.
В голове тут же начали формироваться планы: расширение границ, укрепление территорий, новые возможности для торговли, защита от императора. Сердце забилось чаще, кровь быстрее побежала по венам, но внешне я оставался спокойным, только лёгкий блеск в глазах мог выдать моё возбуждение.
