С одной стороны, как бы я не относился к самой идее «брака», Ильин был прав. Это решит если не всё, то многое. С другой…
Я даже близко не представлял, как отреагирует Ирка на такое предложение. А самое главное, как это сделать? Позвонить и спросить «Дорогая, я тут подумал, посоветовался с адвокатом и решил, что нам срочно надо пожениться»? А потом что? Ждать, когда домой нагрянут дяди-санитары, потому что Войнова усомниться в моей вменяемости? Или ещё чего поинтереснее?
— Она не согласится, — мотнул я головой, в красках представив, куда меня попросят засунуть это оригинальное предложение «руки и сердца».
— А кто её будет спрашивать? — усмехнулся Ильин. И прежде, чем я успел его остановить, он уже листа телефонную книгу в поисках нужного контакта. Оставив меня один на один с чётким ощущением, что добром эта авантюра не закончится. Хотя…
Задумчиво потерев подбородок, я хмыкнул. Я же вроде как собирался с Иркой отношения налаживать, так ведь? Так почему бы не воспользоваться этой ситуацией? В своих, исключительно корыстных целях, конечно же.
В конце концов, не сбежит же она от детей и собственного мужа, м?
— Гор, — окликнул я задумавшегося Ильина. И дождавшись, пока он на меня посмотрит, кивнул, заявив. — Я согласен, договаривайся.
Глава 8
Ирина
«Абонент занят, оставьте ваше сообщение после сигнала».
Механический голос повторял эту фразу в сотый раз за последние несколько дней. Но с поистине ослиным упрямством я снова и снова, раз за разом набирала чёртов номер чёртова Потапова…
И чувствовала, что ещё чуть-чуть и меня накроет самая настоящая истерика.
Банальная, некрасивая, бурная. Потому что он исчез с горизонта так, будто его никогда и не было. Исчез вместе с детьми. И да.
Умом я понимала: у Макса есть своя жизнь. Работа, девушка, друзья — всё то, где не было места ни мне, ни моим малышам. Вот только легче от этого не становилось.
— Чёрт, — тихо выдохнув, я медленно положила несчастный смартфон рядом с собой на кровать. И обхватила себя руками, с силой растирая замёрзшие плечи.
В груди нещадно ныло и тянуло стылым беспокойствам, а нервы дрожали натянутой струной из-за сводящей с ума неизвестности.
Последняя была хуже всего. Наверное, стоило бы позвонить кому-то ещё. Ну, в самом-то деле, у нас же были общие знакомые, старые приятели и даже друзья. И я бы обязательно так и сделала, если бы не одно, треклятое «но».
Мне некому было звонить. Расставшись с Максом, я оборвала все контакты.
