Юридически вас ничего не связывает ни с матерью детей, ни с самими детьми. Это, конечно, очень похвально, что вы благородно решили проявить заботу о малышах, но… Я склонна считать, что в приюте им будет лучше.
— Лучше чем с родным отцом?
Каюсь, я не удержался. И даже не сильно скрывал сарказм, так и пёрший из всех щелей. Но либо госпожа Дячишина была глухой, либо обладала завидной способностью игнорировать очевидное…
Криво усмехнувшись, я без особого трепета выдержал надменный взгляд этой «воблы». Ну, либо третий вариант — тётка свято верила в то, что действительно может всё.
В том числе, отобрать у меня детей. Как жаль будет её разочаровывать…
Наверное.
— Разве вы успели сменить фамилию на Войнов? — сладко улыбнулась эта стерва, снова поправляя свои идиотские очки. Прямо намекая на ту ересь, что значилась в свидетельстве о рождении мелких.
Я шумно выдохнул, считая про себя до десяти и обратно. Этот снисходительный тон только что чудом не отключил мне тормоза окончательно. Потому что, ей богу, клянусь, «вобла» была в наносекунде от того, чтобы познакомиться с моим дурным характером и деспотичными замашками.
И если она продолжит в том же духе, то…
Сигнал входящего сообщения разбил повисшую, напряжённую тишину. Вовремя, потому что ещё пара минут и от нас с представителем власти можно было бы прикуривать. Ещё раз смерив госпожу Дячишину убийственным взглядом, я буркнул что-то похожее на «извините» и отошёл в сторону, выуживая треклятый смартфон из кармана.
Опять.
«Когда мозги раздавали, ты покурить вышел?!»
И пока я переваривал этот вопрос и честно пытался придумать самый цензурный ответ, телефон в руке пискнул очередным оповещением.
«Просто. Молчи. Стой, улыбайся, кивай в нужных местах. И где ж я, мля, так согрешил, чтоб тебя в друзья получить…»
А вот на этот вопрос у меня был целый список ответов. Листов на пять, как минимум. Но глубоко вздохнув, я медленно выдохнул и… Промолчал. Всё-таки, в чём-то Игорёк был прав.
Думать трезво, общаясь с госпожой Дячишиной, у меня не получалось.
— Оксана Витальевна, мне кажется, тут возникло небольшое недоразумение, — расплывшись в ослепительной улыбке, Ильин отлип от дверного проёма, который усиленно подпирал последние полчаса. И в пару шагов оказался рядом с «воблой», ловко взяв её под острый локоть. — Пройдёмте на кухню, я вам всё объясню.
— Простите, господин… Как вас там? — тётка только что каблуками в пол не вросла, холодно глядя на радостно скалившегося Гора.
