Я никому не доверяю и ни с кем не хочу разговаривать, нахожу как можно больше занятий с детьми и провожу всё время вместе с ними. К счастью, остальные постоянно в разъездах, кроме отца, который половину дня проводит в кабинете, работая удаленно, а другую половину — в своей комнате, с ворчанием принимая лечение от Гольцмана. Капельницы, таблетки, даже массаж.
Обычный, ничем не примечательный завтрак. Если только не знать, что все друг другу враги, хранят секреты и планируют военные действия. Вот только молчание это пугает.
Каждый кидает на остальных враждебные взгляды. Чувствую, как обстановка за столом накаляется, поэтому хватаюсь за последние слова, как за соломинку, чтобы сбежать.
— Бассейн? Отлично, тогда мы поплаваем сегодня, — радостно поднимаюсь и бегу в свою комнату, не боясь показаться невежливой, потому что сидеть и улыбаться своим мерзким родственникам невыносимо.
Спешу в сторону спальни и выдыхаю, только оказавшись внутри комнаты.
— Всё в порядке? — спрашивает меня прищурившись Глафира.
И я выпрямляюсь, понимая, что в этом доме союзников нет.
Глафира — работница моей матери и тут же доложит ей обо всем, что услышит или заметит, так что стоит с ней быть осторожной.
— Да, просто отлично. — И чтобы перевести тему, не заостряя ее внимание на себе, говорю смотрящим на меня близнецам: — Так, дети, готовим плавки, сегодня мы будем плавать в бассейне. Вы же хотели развлечений? Значит, будут.
Смотрю на них с улыбкой и теплотой.
— Ура! Ура! — подрываются они с места, облепляют меня с двух сторон, задавая кучу вопросов.
А какой бассейн, а глубоко или нет, кто еще будет, и так далее.
— Всё, всё. — Не знаю, что им ответить, ведь сама там ни разу не была. — Том, Гектор, скоро сами увидите, не балуйтесь. Но сначала покушать.
— А прямо там можно? Бутеры! Картошку фри! Лимонад! — вопят в два голоса, и я соглашаюсь, лишь бы они не шумели.
Ребятишки, довольные предстоящим плаванием, убегают собираться, а я чувствую, как в горле пересохло, киваю Глафире, чтобы и дальше присматривала за ними, а сама спускаюсь на кухню, чтобы взять лимонад и перекус.
Не обращаю внимания на чужие голоса, а зря.
Вдруг застываю в дверном проеме. На кухне сидят Давид с Миланой, они снова разговаривают. Дежавю. Черт! Ясно, что застала их в процессе диалога, и они меня, как назло, заметили, так что уже нет смысла поворачивать назад. Прохожу мимо и невозмутимо открываю холодильник. Беру лимонад и поворачиваюсь к ним спиной, идя обратно. Вот только спокойно уйти мне не дают.
