Хотя я ему и не жена. Да вообще, по сути, никто. Так, просто женщина, вынашивающая его ребёнка. То есть нашего. Нашего общего ребёнка. Моего и моего босса...
Боже, когда я думаю о том, что меня рвало прямо на глазах у своего начальника, у меня щёки вспыхивают. А то, что Воронцов видел меня в мокром нижнем белье, это уже вообще ни в какие ворота не лезет. Ни один мужчина, кроме бывшего мужа, не смотрел на меня в таком виде. И никогда в жизни мне не пришло бы в голову, что подобное вообще может произойти между мной и Глебом Викторовичем.
— Глупый вопрос, Александрова. Зачем записывают на УЗИ? Уж ты, как беременная женщина должна знать, — вскидывает тёмные брови, буравя меня хмурым взглядом.
Терпеть его не могу. Не босса, а этот взгляд. Воронцов всегда так смотрит. Это его отличительная черта. Визитная карточка, если можно так выразиться.
Я помню, как на моём собеседовании этот взгляд чуть не стоил мне карьеры в АртПитерГрупп.
Я проходила собеседование у ген. директора фирмы Борцова Алексея Игоревича, и всё шло хорошо.
До той поры, пока в кабинет не вошёл Воронцов. Не знаю, что со мной в тот момент произошло, но, когда его тёмные глаза сфокусировались на моём лице, мне по рёбрам словно в ту же секунду шарахнул разряд тока в двести двадцать вольт.
Грудь сжало и дышать стало трудно. А речь, которую я произносила перед Борцовым, вдруг застряла где-то в горле и слова просто отказывались дальше произноситься. Как будто я вдруг резко потеряла голос.
Как будто те кошмары, от которых я только что сбежала, в один миг настигли меня во взгляде незнакомого мужчины. Таком тяжёлом, пренебрежительном и властном.
Я и сейчас до сих пор чувствую внутреннюю дрожь, когда Воронцов так на меня смотрит. Хотя и стараюсь с этим бороться...
— Я прекрасно знаю, Глеб Викторович. Но на моём сроке УЗИ не делают. Первый скрининг проводят между одиннадцатой и тринадцатой неделями. Мне ещё рано. И Тамара Васильевна сказала, что выдаст мне направление.
Самой записываться не придётся.
— Узи делают на любом сроке, Александрова. Были бы бабки. Меня ни черта не устраивает твоё состояние. Ты уже дважды грохнулась в обморок. И это только при мне.
— Это и было всего дважды...
— Тебя постоянно тошнит, — продолжает, игнорируя мою ремарку. — Я вообще не понимаю, как ты в таком состоянии умудрялась на работу таскаться.
— Но мои анализы в норме, — давлю себе под нос. — Я... я же их регулярно сдаю.
