Человек легко может сломаться, как спичка, в своем равнодушии к миру, в потере интереса к происходящему, в нежелании строить планы на будущее.
23
* * *Отель «Москва», восьмой этаж, вежливые улыбки обслуживающего персонала, столик возле панорамных окон с видом на центр Петербурга. Женя продолжает молчать, я делаю заказ за нас обоих.
Официант уходит, я смотрю на девушку. Профиль точеный, аристократический. Бледная, губы бескровные, глаза тусклые, выражение лица грустное.
— Как дела на работе? — нужно ее расшевелить, вытащить из вакуума безразличия.
— Я уволилась.
— Почему? — Женя смотрит на меня, как на идиота. Пусть, главное, чтобы не молчала и не копалась в себе.
— А смысл? — голос дрожит, стискивает зубы, отворачивает от меня свое лицо. Пытается быть сильной, а не получается, часто моргает, видимо, прогоняет слезы.
— Жизнь не закончилась на этом, Жень.
— Давай без философии, ок?
— Нет, давай поговорим. От того, что ты будешь молчать и проигрывать в своей голове все варианты развития событий, эти события не изменятся! Жень, развели и хорошо.
Он теперь не имеет право что-либо тебе предъявлять.
— У тебя есть дети? — разворачивается ко мне, опирается на локти и подается вперед. Я откидываюсь на спинку стула, скрещивая руки на груди. Защитная реакция при нападении.
— У меня нет детей, но я прекрасно знаю, что происходит сейчас у тебя в душе и в голове. Поверь, прогнуться под него, идти на поводу его требований — не самый лучший вариант.
— Ты ни черта не понимаешь! — сколько же боли в голосе, в глазах, эта боль раздирает изнутри, царапает, ноет и не утихает. Но с ней можно жить.
— Я понимаю. Меня в десять лет забрали у матери. Не малышом, который еще толком не понимает, кто возле него находится, а почти подростком. Выдернули из привычного мира, из родного дома, увезли в другой город к чужим людям с непонятными для меня традициями и религией.
— Ооо… — смущается, опускает глаза. — Извини."
"— За что? Это жизнь, моя прожитая жизнь. Ты спрашивала, развелись ли мои родители. Нет, они никогда не были женаты. Мама русская, христианка, отец — чеченец, мусульманин. Сошлись, разошлись, он уехал в Грозный, никогда не обещал жениться, мама прекрасно понимала, что им не по пути. От этой связи появился я. Любимый, зацелованный, обожаемый матерью ребенок.
