Пальцы загибала, и время от времени поднимала руку к лицу, чтобы слёзы вытереть."
"А потом пришёл Миша, и сел рядом с ней на лавочку, и будничным голосом поинтересовался, зачем она здесь сидит. Будто сам не видел заляпанных от частого снимания линз дорогущих очков и покрасневшего носа.
— Не хочу домой идти, — ответила она, помолчав. Но, если честно, просто с голосом справиться пыталась. Упиралась ладонями в край сидения и смотрела на фонтан.
— Из-за меня?
— Нет.
— Никого больше дома нет. — Ира промолчала, и он продолжил: — Я вещи собрал, скоро уеду.
Она помедлила, потом кивнула.
Миша вздохнул, на спинку откинулся и тоже некоторое время на фонтан смотрел, а потом вдруг попросил:
— Ир, поехали со мной.
Она удивилась. На самом деле удивилась, даже голову повернула и на мужа посмотрела. А он вдруг руку поднял, и очки с неё снял. Ира дёрнулась от неожиданности его прикосновения, заморгала от яркого света, и снова слёзы вытерла.
— Я серьёзно, — сказал Миша. — Поехали домой. — Оглядел её. — Ты здесь несчастлива.
Ты говоришь, что несчастлива со мной в Лондоне, но… там ты, по крайней мере, не рыдаешь в парках. Или я просто не знаю?
Он пытался пошутить, Ира оценила и отвернулась.
— Я думала, что мы вчера всё решили.
— Что? Что мы расстаёмся и расстаёмся плохо?
— Миша, — протянула она, вроде бы пытаясь до него достучаться. — Я тебе изменила.
— Знаю.
Она губу прикусила, прежде чем произнести следующие слова.
— Я его люблю.
— Он этого заслуживает?
Головой покачала.
— Я не знаю.
Они помолчали, Миша что-то обдумывал, после чего задал ещё вопрос:
— Ты любишь его за что-то определённое?
Ира растерялась.
— То есть?
— Я могу точно сказать, за что я тебя люблю. Ты необыкновенная, ты весёлая, — улыбнулся, — стильная, я горжусь тобой. И уж точно ты не трусиха. Вон как в Москву от меня рванула, за одну минуту всё решила. Думаю, ты тоже отлично знаешь мои достоинства и недостатки. А он? Что ты знаешь про него?
То, что помню… То, что Лёша ей рассказал про себя, правду она полюбить ещё не успела, вместо этого торопилась примириться с его семейными обстоятельствами.
Но всё равно головой покачала, отказываясь.
— Это ты сейчас так говоришь. А когда мы окажемся в Лондоне, в нашем доме…
— В нашем доме, Ир. Там всё ещё наш дом.
Она зажмурилась.
— Мне предложили должность редактора, здесь, в Москве.
Она глаза открыла и к мужу повернулась. Посмотрела изумлённо.
— Правда?
Миша кивнул и даже сделал попытку улыбнуться.
— Мы так долго ждали.
