Анализируя свои желания я пришла к выводу, что быть матерью одиночкой я готова, а жить с мужчиной, не имея детей, нет.
Считывает он меня хорошо, поэтому остальную часть дороги мы говорим на отвлеченные темы, шутим, периодически он меня щелкает по носу, как в детстве. Возможно, затянись мой отпуск ещё на пару недель и я от него совсем не решусь уезжать. Всем своим видом он меня вопрошает — «Уверена, что хочешь уезжать? Может останешься?». Иначе говоря — я чувствую себя нужной. Это бесценно.
Входя в палату меня охватывают противоречивые чувства: грусть, волнение, сострадание, трепет.
Эмоциональная волна меня разве что с ног не сбивает, когда на губах Родиона при виде меня улыбка появляется. Он рад не гостинцам, а именно мне. Тянется ручкой здоровой обнять. Надо как — то дышать, а воздуха нет.
— Ты пришла! — восклицает. — А мне сказали, что уже не появишься. Сказали, что ты уехала, — последние слова со всхлипом выходят из малыша.
— Я же обещала тебе. Обещания должны быть незыблемы, их сдерживать обязательно надо.
Доверие в его взгляде трогает. После того, как познаешь предательство самых близких его вообще не остаться может. Оно противоестественно, но все же есть в мальчугане.
— Я тебя очень прошу, кушай хорошо. Пожалуйста, — касаюсь его головы, короткостриженой.
Глубокие влажные ожоги по всеми телу. Хирургам — термистам работать с ним и работать, но после того, как скорректировали обезболивающее и его дозировку, он начал охотнее есть. Без слез. Хотя, полагаю, после слов отчима «Жри, раз голодный» и последующих страданий, связанных тесно в приготовленной пищей у ребенка на всю жизнь может травма остаться.
Когда он делился со мной, от ужаса, жалости к Родиону, и отвращения его отчиму на затылке волосы шевелились.
— Обещаю! Тут так вкусно готовят. Я всё буду есть! Тогда ты ко мне приедешь ещё?
Я не из тех, кто губы свои жуёт, но сейчас вгрызаюсь, чтобы не расплакаться. Боже, в больнице вкусно готовят?! Маленькое солнышко, которое в жизни ничего не видело. Еды нормальной не видело.
Как можно не ценить то, за что другие умереть готовы? В моей голове не укладывается…
— Приеду, и мы с тобой погуляем, ты к тому моменту бегать будешь, — обнять очень хочется, но страшно. Только правая часть тела более — менее нетронута осталась.
В том, что всё так и будет — уверена. Помощь оказана своевременно, сгоревшие ткани не успели убойную дозу токсинов выбросить в кровь. Почки остались относительно целыми."
"Мы с ним разговариваем, делаем перевязку, играем.
