Злость смешалась со страстью. Движения сделались резкими. Поцелуи требовательными. Она не могла им противиться.
– Нет, милорд, – чтобы снова отпрянуть, Антонине пришлось собрать все силы, сломать что-то внутри себя. – Вы прекрасно обходились без меня неделю, – сказала чуть резче, чем рассчитывала. – Почему бы не подождать ещё одну?
– Хочешь знать, почему не подходил к тебе? – Макс жёг поцелуями изгиб шеи. – Хочешь?! – замер на мгновение. Посмотрел в глаза, обхватив ладонями её лицо. – Я знаю, что ты играешь.
Скажешь, нет?! Я это чувствую. Ты постоянно сдерживаешь эмоции, не даёшь волю чувствам. Говоришь, участвуешь в конкурсе, чтобы победить и стать моей женой?! – спросил с сарказмом, к которому примешивалась ярость и боль. – Почему же тогда так боишься потерять контроль над собой в моих объятиях?! Есть что-то, что не позволит тебе стать моей. Так?! Брайон или что-то ещё? Собираешься исчезнуть перед самым финалом?!
Догадки Макса заставили нервы дрожать болезненным ознобом. Тоня просто сгорала под взглядом этих красивых глаз.
И ещё один поцелуй какой-то отчаянный, терпкий, с горчинкой, как недавно выпитый кофе, заставил теснее сомкнуть руки на шее Макса. Если бы он знал, как она близка к тому, чтобы потерять контроль над собой в его объятиях.
– Хочешь знать, чего мне стоило не подходить к тебе?! – его руки переместились на плечи. Жадно пробрались под лёгкую ткань свободной блузки. – Думаешь, получилось выбросить тебя из головы? Нет, ты застряла там основательно. Мелкая жалящая мозг заноза.
Не смотрел в твою сторону, но это не помогало убить ежесекундное желание прижать тебя к себе, так крепко, чтобы через слои одежды ощутить твоё тепло.
Он тут же продемонстрировал, что имел в виду. Его горячие ладони притиснули к распалённому телу настолько плотно, что Тоня ощутила не только жар – казалось, она слышит, как грохает в груди его сердце. Или это её?
– Обещаешь, что не исчезнешь?! – это была одновременно просьба, почти мольба, и жёсткий приказ, не подлежащий оспариванию.
Вот теперь она точно перестала ощущать биение своего сердца. Оно остановилось, замерло, застыло болезненным комочком. Если бы Макс знал, что требует невозможного.
– Обещаешь?!! – он сжал плечи почти до боли.
Тоня не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть. Просто смотрела в его полыхающие диким огнём тёмные от клокочущих эмоций глаза. Как ей хотелось пообещать ему то, о чём он просит. Сказать «да». Забыть о Белинде, о её родителях, о подписанном договоре.
