Тоня не поняла, что её напрягало больше: то ли эта ухмылочка и нежелание Лорда говорить серьёзно, то ли неподдающееся контролю влечение, которое эта ухмылочка усиливала.
Она жадно допила остатки кофе, сверкая на Максимилиана недовольным взглядом. Готовилась к новому раунду борьбы. Тот тоже расправлялся со своим напитком, поверх бокала наблюдая за ней. Они синхронно осушили чашки и поставили их на стол.
Максимилиан поднялся. Антонина догадалась, хочет налить ещё кофе. Но он подошёл не к столику с посудой, а к ней.
Поднял её за руку. Рывком притянул к себе. Дыхание перехватило оттого, что он так близко. Так крепко держит. Так нестерпимо жжёт взглядом. Макс не дал опомниться – прижался к губам горячим чувственным поцелуем. Влечение, которое Тоня судорожно пыталась сдержать последние несколько минут, вырвалось на свободу пьянящей волной. Она обвила шею Макса руками, изогнулась, чтобы прильнуть плотнее. Он глухо застонал, поцелуй сделался ещё более жадным и в то же время нежным, уносящим в сладкую нереальность…
Глава 37.
Требовать невозможного
Глава 37. Требовать невозможного
– Ты специально это делаешь? – растягивая слова, прошептал Максимилиан. Теперь он покрывал поцелуями шею. Горячее дыхание обжигало чувствительную кожу.
– Что? – выдохнула Тоня.
В голове туманилось то ли от будоражащего хриплого голоса, то ли оттого, что Макс снова перешёл на «ты».
– Пахнешь смородиной, – он коснулся губами прядки волос, щекочущей висок.
Ничего подобного. Флакончик с этикеткой, на которой был изображён смородиновый листок, так и стоял пока в ванной комнате не тронутым.
Дело не в любимом аромате Макса, они оба прекрасно это понимали. Если, конечно, вообще, можно было хоть что-то понимать и хоть о чём-то думать, когда в голове только сладкий пьянящий туман."
"И всё-таки в уголке сознания шевельнулась мысль, что всё происходящее неправильно. Зачем Тоня опять допустила то, чего всеми силами старалась избегать? Каких бешеных усилий ей стоило отстраниться от Максимилиана, выиграть зазор хотя бы в несколько сантиметров, чтобы, чуть отдышавшись, выдавить из себя:
– Милорд, нам нужно с этим повременить… до конца конкурса… это будет правильно…
Попыталась отступить ещё на шажок.
Но он не выпускал. Схватил за локти и снова рывком прижал к себе. Тоня ощутила, как напряжено его тело. В Максе шла какая-то дикая внутренняя борьба.
– Боюсь, у меня не получится временить, – голос прозвучал угрожающе мрачно.
Тоня ещё не видела такого пламени в его глазах.
