Прыгнув вперед, Макар сбил его с ног, увернулся от мелькнувшего перед глазами лезвия и отскочил, понимая, что в ближнем бою они не соперники, – его изрежут раньше, чем он успеет выбить оружие из пальцев убийцы. Тот приподнялся, отряхиваясь, осуждающе покачал головой:
– Зря… Вот это ты зря.
Стремительный выпад, за ним другой… Теперь Макар перешел в положение обороняющегося. Парень легко танцевал перед ним, со свистом рассекая воздух, и в глазах его горел фанатичный огонь. Слева от него Илюшин краем глаза видел застывшую женскую фигуру.
Еще выпад – и он почувствовал что-то теплое на плече. Кровь.
– Не стоило тебе вмешиваться, – укоризненно попенял ему владелец скальпеля. – Говорил же, что я сам! Справлюсь!
На последних словах Илюшин едва успел уклониться – сталь дважды вонзилась в то место, где он стоял долю секунды назад. Женский вскрик отвлек его, и он чуть не пропустил следующий удар. Эти танцы начали изнурять его, к тому же было очевидно, что все закончится довольно быстро, если только он не изменит тактику.
"
"Рука нырнула в карман, но не нащупала там ничего, кроме карты. Револьвер остался в машине, и Макар огорченно прищелкнул языком – надо же было так сглупить! Что ж, значит, необходимо придумать себе другое оружие, и чем быстрее, тем лучше.
Алька смотрела, как Илюшин приседает, нащупывает что-то в траве и тут же поднимается, уклоняясь от удара. Взмах – и псих, вскрикнув, отшатнулся назад: в правой руке его противник сжимал толстую сучковатую ветку, орудуя ею как рапирой.
Левую Макар снова сунул в карман, и она увидела, как он достал лист бумаги и развернул его.
«Сошел с ума», – промелькнуло у Альки в голове, и она поняла, что теперь настал ее черед вмешаться. Она сделала несколько шагов и тоже подняла с земли палку, примеряясь, с какой стороны лучше напасть и ударить психа.
Но тут Макар сделал такое, от чего она остановилась. Держа руку с листом странно вывернутой, он замер, дожидаясь, пока парень со скальпелем допрыгнет до него, а затем несколькими косыми росчерками стремительно рассек воздух перед собой, будто доморощенный Зорро, оставшийся без плаща и шпаги.
Вопль боли раскатился по лесу. Псих упал, катаясь по траве, закрыв лицо руками, из-под которых брызгала кровь. Алька видела, как стоявший над ним Илюшин отбросил свое странное «оружие» в сторону и занес ветку, примеряясь ударить психа по голове. Она не вздрогнула и не отвернулась, когда его оружие опустилось на затылок кричавшему, и в лесу наступила тишина.
