Ни единого прикосновения, которого я не могла бы позволить. Ни единой пошлости, ни единого слишком откровенного поцелуя. Только осторожные прикосновения: к лицу, животу, ладоням. Переплетенные пальцы, тяжелое дыхание — кажется, мое. Приятная тяжесть его тела, ставшая уже привычной усмешка, но почему-то не вызывающая злости. Медленные, сводящие с ума касания губ, прокладывающих дорожку из поцелуев от шеи к ключице. Кажется, мой шепот, пересохшие губы, к которым Кайл не прикасался.
А потом — поцелуй. От которого я застонала и прижалась к мужу сильнее.
Нежности, которая была до этого, и в помине не осталось. Сопротивляться сил не было, проще было сдаться, тем более что возникающие чувства никак нельзя было назвать отвращением или страхом.
Приятный свежий запах усиливал ощущения, чувства смешались в коктейль из удовольствия, напряжения и приятной расслабленности. Губы горели под напором мужчины, и сопротивляться я не могла.
— Кайл, — пробормотала я, когда он отстранился.
— Пять минут прошли, — хмыкнул он.
— Спокойной ночи, Блейк.
Я ошалело смотрела на Кайла, который действительно не собирался продолжать. Он прошел к шкафу и достал полотенце.
— Я в душ, — пояснил, как ни в чем не бывало. — Завтра утром подниму рано на работу. Спокойной ночи.
Он оставил меня в совершенной растерянности. Одна часть меня радовалась, что все не зашло слишком далеко, и ругалась на такое слабое сопротивление напору Кайла. Второй части хотелось хныкать от того, что все закончилось вот так.
Честно признаться, я не верила, что Кайл ограничится пятью минутами.
Но неужели хотела, чтобы он ими не ограничивался?
Глава двенадцатая
ДАР ПОГОНЩИКА
Совет может дать всякий, но ты, оступившись, корить будешь не себя, а давшего совет.
Из воспоминаний В. Волверин— Госпожа Си… Златокрылая! — Я остановилась, едва не расплескав кофе для Кайла.
Горячий кофе.
Стерх, одетый с иголочки, со сверкающими пуговицами и глазами, подскочил ко мне явно не за тем, чтобы доброго дня пожелать.
Я уже пережила десятки изучающих взглядов с утра, когда мы с Кайлом пришли в «ДА». А еще пережила показную вежливость Зейна, который лишь скользнул по мне взглядом и сухо поздоровался. Взглянув на расписание рейсов, я поняла, что Огненному уже сообщили, кто будет его помощником. Значит, его давнишняя веселость была связана с тем, что он думал, будто я по-прежнему буду летать с ним?
Интересно.
— Слушаю вас, господин Стерх. — Я постаралась улыбнуться.
