Лучьянно орал и бесновался и, кажется, даже кидался чем-то в моего комми, в то время когда Мицио, сжавшись в маленький комочек пытался что-то извиняющее лепетать в ответ.
Но всё это было неважным.
Потому что я сам был в ярости, в настоящей слепой драконьей ярости. Именно в припадке, которой мои предки уничтожали целые деревни и бились насмерть с демонами.
Вот только сейчас последствия этой злости, которая бурлила во мне, были намного хуже. Если я прямо сейчас не успокоюсь, то вряд ли хоть что-то останется от этой части академии.
Поэтому я поспешно отключился от всего происходящего вокруг и сосредоточился только на горячем воздухе входящем через мой нос и через четыре счёта мягко покидающим моё тело через рот.
Так ещё раз. И ещё.
Вот и руки перестали дрожать. Ещё один вдох и медленный выдох. Медленно, но и бурлящий в крови огонь начал успокаиваться и я наконец открыл глаза. Как раз вовремя для того, чтобы ловким движением руки поймать поварёшку, которой Лучьянно собирался огреть Мицио.
— Никто не смеет бить моего комми! — прорычал я, всё ещё диким голосом, а на лице мерзавца мелькнул страх. Очень надеюсь, что мои зрачки в этот момент не были вертикальными, хотя сейчас точно не до этого. Если что скажу потом, что ему показалось. Этот малый и так никогда и предположить не посмеет, что я сын императора. Это был бы слишком сильный удар по его раздутому самолюбию.
— Мицио, марш в комнату! — рявкнул я и сам не заметил, как поварёшка в моих руках погнулась. Придётся купить новую!
— Правильно, ему отдыхать, а нам отдуваться за этого недоумка! — Лучьянно всё никак не мог успокоиться.
— Вы тоже идите! — я постарался, чтобы в моём голосе было спокойствие.
— А ты что будешь делать? — съязвил мой вечный соперник."
"— Я решу эту проблему, — всё так же ровно пояснил я. В самом деле выбор у меня был небольшой, нам нужен был новый жу, а это значило бессонную ночь и ещё немного магии и всё это при условии, что и я не железный, а завтра предстоял просто адский день, с которым мне предстояло справиться.
— Ты что, не будешь спать всю ночь, чтобы сварить новый! — в голосе Лучьянно звенело совершенно искреннее удивление.
— Именно так, мой комми сделал ошибку, значит, мне за неё и отвечать, — отрезал я.
