Я видела, что все уже порядком устали и вымотались, но работа и в самом деле уже подходила к концу. За окном уже давно стемнело, но Лучьянно успел свернуть свинину в тугие рулеты капоколло, а капоната давно заняла свое место в холодильном шкафу, в котором ей предстояло провести всю ночь, для того чтобы баклажаны напитались соусом и соком. Оставалось только дорезать китайскую капусту, смягчить ее в трюфельном масле, нафаршировать рябчиков, отправить их в печь, ну и, конечно, розмариновый песок и жу. Но после уже проделанной работы это и в самом деле казалось мелочами.
— Мы беремся за песок, — сообщил Лучьянно, а я отметила про себя, что яда в его голосе значительно поубавилось, то ли и в самом деле он устал, то ли действительно совместная работа шла нам на пользу.
Странные для меня мысли, но на самом деле, если игнорировать его подколки, то все не так уж плохо. Гораздо тяжелее выдерживать ритм и объем работы.
— Я фарширую рябчиков! Давайте, ребята, еще полчаса и можно отправляться отдыхать! — голос Томмасо был спокоен и ровен, я глянула на него украдкой.
Он вообще человек? В том смысле, что он, конечно, маг и мне это было известно, но такой выносливости я в самом деле еще никогда не видела! Антонио еле шаркал ногами, Лучьянно держался только на силе воли, а моему шефу хоть бы хны! Он был столь же спокоен, быстр и уверен, как и много часов назад, когда мы вместе вошли на кухню.
— Мицио, слей жу!
— Да, шеф! — ответила я на удивление бодро и потащилась к огромной кастрюле, в которой уже много часов бурлило и кипело.
Мне стоило многих усилий поднять это счастье с плиты и оттащить к раковине. Я с предвкушающей улыбкой подготовила дуршлаг. Вот сейчас это сделаю и все! Мысленно я уже устраивалась поудобнее в своей кроватке под одеялом, а руки сами наклоняли кастрюлю над ситечком.
Медленно потекла темно-коричневая жидкость в раковину, оставляя в дуршлаге кости, морковь и лук с зеленью, а по кухне разлился вопль, полный злости и отчаяния.
— Кретин! Чертов имбицил! Ты слил жу! Жу, который мы варили уже двенадцать часов!
Я смотрела на дуршлаг и жуткое осознание накрывало меня с головой.
Жу — соус. Слить жу означало избавить его от костей и овощей, процедить, а совсем не вылить драгоценную жидкость, на которую ушла уйма времени, в канализацию.
Глава 12. После бури
Альберт Томмасино, младший наследный принц Мазарии
Я прикрыл глаза и принялся выполнять дыхательные упражнения. Вокруг творился полный беспредел.
