– Ты за базар отвечать перестал, да, Макар?! Я тебе не баба, и под хор меня – дело хлопотное и неблагодарное! Пошел отсюда, пока не началось!
– Я бы на твоем месте в чужом городе, да без Хохла твоего, шибко бы хвост-то не задирал, а то, не ровен час, найдется еще кто-то типа Воркуты, кто не побоится саму Наковальню отмочалить! – предупредил Макар, вставая и собираясь уходить. – Здесь ты не в авторитете, дорогуша, ты – просто мясо.
– Макар, а ведь я возвращаюсь, – задумчиво протянула Марина, глядя мимо него на стену.
– Подумай, понравится ли Бурому то, что я ему расскажу…
– Да мне по… на Бурого, – сообщил Макар, и только теперь до нее дошло, что он просто под кайфом, и потому такой смелый и наглый.
– Завтра ты проспишься и вспомнишь все, что наговорил. Извиняться не вздумай – пришибу! – пообещала Коваль ему в спину.
Макар отвалил, а Марина не могла даже взглянуть в лицо племянника, которому так неожиданно открылась вся правда про его красавицу-тетку, на которую он не мог надышаться.
Бедный парень…
– Коля, – нерешительно начала она, но он перебил:
– Не надо. Я не ребенок, мне двадцать четыре года, я все прекрасно понял.
– Коля, это не то… я не об этом хотела поговорить с тобой…
– Пойдем потанцуем, – внезапно сказал он, беря ее за руку и направляясь к танцполу.
Там он обнял Марину за талию и чуть прижал к себе, заставляя двигаться вместе с ним в такт медленной песне, льющейся из огромных колонок.
– Коля, я не хотела, чтобы ты вот так узнал о том, кто я на самом деле…
– Помолчи, – попросил он, прижимая ее голову к своему плечу.
Танец кончился, и они вернулись к столику, Марина залпом влила в себя стакан текилы и сунула в рот ломтик лимона, в душе проклиная Макара и обдумывая план мести обуревшему сутенеру.
В конце концов Марина напилась, забыв, что пришла не с Хохлом, привычным к ее выходкам, а с молодым мальчишкой, но Колька оказался на высоте – довез ее до дома и на руках поднял в квартиру, сдав отцу.
Ночевать он тоже остался у них и утром долго смеялся, глядя на Маринино синее лицо и трясущиеся руки:
– Да, тетка, здорова ты текилу глушить! Я бы не угнался!
– Ой, даже и не пробуй – это никому не удавалось! – держась за раскалывающуюся голову, простонала она.
