Снег скрипел под ее ногами; он был уже слежавшимся, и от мороза на нем образовалась ледяная корка. Барбара проскользнула вдоль стены дома и оказалась перед окном гостиной. Света в ней не было.
Она посмотрела наверх. В других окнах свет тоже не горел.
«Он ушел, — подумала Барбара. — Я уверена, что он ушел. Дело приняло для него слишком серьезный оборот. Я идиотка, что так долго ждала… Но он рассчитывал именно на это. Что пройдут часы, прежде чем мы что-то предпримем, и что у него будет масса времени, чтобы исчезнуть».
Она отказалась от своего первоначального плана — разбить окно. Ей не нужно было ничего разбивать. Она могла проникнуть в дом через входную дверь.
Барбара пошла дальше, пока не добралась до входной двери. Она нажала на ручку. Конечно, дверь была открыта. Двери здесь никогда не запирают.
Так как у нее не было полной уверенности в том, что Фернана нет где-то поблизости, она не стала зажигать свет, а оставила дверь широко раскрытой, чтобы в прихожую мог попадать бледный лунный свет; потом прошла на ощупь мимо гардероба и чуть было не споткнулась о стоящую на пути обувь.
Посмотрела в сторону кухни, дверь в которую была приоткрыта. И там темно.
В гостиной Барбара тоже решила обойтись без света. Она знала, где стоит телефон, поскольку помнила, как накануне вечером сидела рядом с Фернаном на диване, смотрела телевизор и пила вино. С этого момента не прошло еще и двадцати четырех часов, но ей казалось, что минула целая жизнь…
Барбара больно ударилась коленом о стол, но не обратила на это внимания.
Потом стала нащупывать телефон — и наконец нашла его. Ее пальцы обхватили трубку…
Вспыхнул свет. Она обернулась. За ее спиной стоял Фернан.
— Так и знал, — сказал он. — Его голос звучал немного вяло. — Знал, что ты когда-нибудь появишься здесь. Ты ждала дольше, чем я думал…
В первый момент ей в голову не пришло ничего другого, как этот дурацкий вопрос:
— Ты еще здесь?
— Как видишь. Ждал тебя там. — Он указал на кресло, которое стояло за ним, рядом с дверью.
Барбара поборола в себе страх и постаралась придать своему голосу жесткость.
— Чего ты хочешь, Фернан? К чему эта игра в кошки-мышки?
— Чего хочешь ты? — спросил он в ответ.
— Позвонить в «Скорую помощь». Моему мужу очень плохо. У него наверняка тяжелое сотрясение мозга, а возможно, даже перелом черепа. Я… — ей трудно было выразить словами то, что она давно поняла в своем сознании, — я думаю, что он умрет, если срочно не приедет врач.
