— Почему? — спросил он тяжелым от усталости голосом.
Она подняла обе руки.
— Не знаю.
— И все-таки ты должна знать.
— Это так тяжело…
Барбара откинула волосы назад, почувствовав, что не знает, куда ей деть руки. Ей хотелось, как маленькой девочке, грызть ногти. Она села и положила руки на колени.
— Все, что бы я тебе сейчас ни объяснила, прозвучало бы для тебя как оправдание. Но я не хочу оправдываться. Это случилось. И мне очень жаль.
— Ты в него влюблена?
— В Фернана? После всего, что…
— Я имею в виду… вчера ночью.
Был ли такой момент, в который ты… подумала, что любишь его?
— Нет. — Это прозвучало четко и спонтанно. — Нет, такого момента не было.
— Если бы… всего этого не случилось… с книгой Фрэнсис Грей… я имею в виду, если б он не шантажировал Лору, если б сейчас не устроил все это… ты хотела бы с ним остаться?
— Это абсолютно гипотетический вопрос, Ральф. Он тот, кем является. Даже если б не случилось всего этого с Лорой, то остается тот факт, что он пьет и истязает свою жену.
Я столкнулась бы с этим как минимум на следующее утро. — Помолчав немного, она добавила: — Я и столкнулась с этим наутро. Тогда я еще не знала всего остального. Но уже тогда спрашивала себя, как я могла это сделать.
— Этого не произошло бы, если б у нас все было в порядке.
— Не знаю. — Теперь Барбара на него не смотрела. — Возможно, все равно произошло бы. Это было… Я потеряла контроль. Мне кажется, это не было в особой степени связано с Фернаном Ли. Могло случиться что угодно.
Это…
Она отчаянно искала слова. Как ей было объяснить ему свои ощущения, если она сама еще совершенно не понимала их?
— Было такое ощущение, что во мне что-то разорвалось. Я чувствовала себя как человек, который много лет по-настоящему не жил — а потом совершает что-то ненормальное, абсурдное, что-то запретное, и понимает, что жизнь в нем еще не угасла. Ах, Ральф!.. — Барбара опять встала. — Тебе, наверное, тяжело это слышать. И все же я как будто оправдываюсь… раздуваю простую по сути историю в эпос, чтобы не стоять здесь перед тобой в роли обычной шлюхи… Давай поговорим позже.
Когда тебе станет лучше. Когда ты сможешь все обдумать. Тогда мы решим, как быть дальше.
— А ты веришь, что дальше что-то будет?
Она опустилась рядом с ним на колени.
— Давай не сейчас. Пожалуйста, Ральф… Сейчас речь идет лишь о том, как нам выжить. Все остальное будет потом. Хорошо?
Она мягко дотронулась до его щеки. Его глаза были закрыты.
