— Я ее не понимаю! Ведь этот дом — единственная родина, которая у нас есть!
— Это ты так воспринимаешь, Лора. Марджори никогда так не считала.
— Вы очень на нее разозлились, да?
— Ах, Лора… сейчас речь совсем не об этом. — Фрэнсис отложила в сторону карандаш и потерла глаза, которые резало от перенапряжения. — Конечно, я на нее зла. Но прежде всего я боюсь, что может случиться еще что-нибудь, если я уговорю ее остаться. Марджори с самого начала была настроена против Уэстхилла. Я не знаю, почему, но она никогда не хотела здесь жить, и ее злоба была направлена против нас всех.
Все это не имеет никакого смысла. В конце концов, человека нельзя заставить делать что-то, чего он не хочет, а если все же попытаться — то все для всех пойдет наперекосяк. Марджори не один раз грозилась убежать, в последний раз — сегодня утром. Возможно, она это сделает. И что будет тогда? Просто… — Фрэнсис откинулась на спинку стула, — просто у меня больше нет никакого желания постоянно думать о том, что произойдет дальше.
Эта ответственность для меня слишком велика. Попытайся это понять.
Лора, кивнув, вытерла тыльной стороной руки слезы.
— Но я ведь могу остаться? — спросила она еще раз.
— Это не вопрос. Разумеется. Ты все здесь всегда так любила, верно?
— Я люблю все это и сейчас, — серьезно ответила Лора, — я люблю этот дом и землю больше, чем свою сестру. Иначе никогда не отпустила бы ее одну. — Она повернулась и вышла из комнаты.
Для Лоры это было непривычно драматичным заявлением, которое чрезвычайно удивило Фрэнсис.
Но у нее не было времени задумываться над этим, так как, едва девочка вышла, появилась Виктория. Фрэнсис предположила, что она стояла под дверью и ждала, когда уйдет Лора. Она не была заплаканной, что было редкостью для женщины, у которой слезы всегда были очень близко; напротив, казалась очень спокойной. И напрямик перешла к делу.
— Ты отправляешь девочку? Из этого я могу сделать вывод, что то, о чем она говорила вчера вечером, правда?
— Я ее не отправляю. Она сама хочет уехать.
— И тебе это очень кстати, не правда ли? По крайней мере, что-то не похоже, чтобы ты пыталась уговорить ее остаться.
— Есть целый ряд причин, по которым, на мой взгляд, будет лучше, если Марджори уедет.
Глаза Виктории сузились.
— Что у тебя с Джоном?
— Ничего.
— Ничего? Значит, Марджори все выдумала?
— Нет. Но тем не менее ничего нет. Джон приехал ко мне, чтобы кое-что сообщить мне, и в какой-то момент мы оба ударились в воспоминания о прошлом.
