Холод, постоянное ощущение голода, медленно ползущие часы увеличивали реальное время во много раз. Где-то в другой жизни существовали телефоны, доставка пиццы и пенистые ванны. Все это осталось далеко позади…
Опять пронзительно зазвонил телефон, и Барбара наконец сдвинулась с места. «Мир еще существует, — подумала она взволнованно, — и он нас не забыл!»"
"Когда Барбара вошла в гостиную, то увидела, что Ральф уже опередил ее. Он стоял возле небольшого стола у окна, прижимая к уху телефонную трубку. Рядом с ним стоял подсвечник с четырьмя горящими свечами, освещавшими комнату в достаточной мере, чтобы хотя бы различить отдельные предметы мебели.
На стенах плясали причудливые тени.
— Вы наверняка очень беспокоились, мисс Селли, — говорил Ральф по-английски. — Но в принципе всё в порядке — только мы основательно застряли здесь. У нас нет света, нет отопления, и до сих пор не работал телефон. — Некоторое время он слушал, потом сказал спокойным тоном: — Нет, правда, не волнуйтесь. Дом не…
Он не договорил. Барбара подошла ближе.
Она не могла разобрать, что сказала Лора на другом конце провода, но слышала, что та говорила быстро и взволнованно.
Только теперь Ральф заметил Барбару, повернулся к ней, показал свободной рукой на телефонную трубку и нервно произнес шепотом: «Это Лора». Барбара кивнула.
— Нет, я вас не успокаиваю, — сказал он, — но совершенно уверен, что в доме ничего не повреждено. Нет, крыша тоже цела. И никакая лавина на нас не скатывалась. Нет… нет, вам не нужно приезжать. Вы тоже не смогли бы сюда пробраться… Да, конечно.
Разумеется, вы можете звонить в любое время. Конечно. Привет от моей жены. Да. До свидания, Лора!
Он положил трубку.
— Боже мой, я думал, у нее будет нервный припадок… При этом ее, кажется, значительно меньше интересует, что мы замерзаем и голодаем. Она в панике лишь из-за того, что что-то может случиться с домом.
— Думаю, ей довольно дорого обходится его содержание, — предположила Барбара. — Она простая женщина и наверняка получает небольшую пенсию. Любой ремонт для нее превратится в серьезную проблему.
— Наверное, ты права, — согласился Ральф. Зябко поежился и взял подсвечник. — Пойдем в кухню, там теплее. Я все хуже переношу этот бесконечный холод.
В кухне по сравнению с гостиной, которая не отапливалась уже неделю, было действительно тепло. Ральф кивнул на листы бумаги, разбросанные по столу.
— Похоже, ты не можешь остановиться. Тебя не видно и не слышно весь день!
— Извини, — сказала Барбара с чувством вины.
