Ты хочешь на мне жениться, но перед этим я должна, разумеется, изменить свои взгляды и принять твои… Какой же ты дурак, Джон! Разве ты меня недостаточно хорошо знаешь, чтобы понимать, что я это никогда не сделаю?
— Пожалуйста, оставь…
Но она отвернулась и, собрав последние силы, обратилась к надзирательнице:
— Я хочу назад в камеру.
— Фрэнсис! — закричал Джон. — Ты совершаешь ошибку!
Она еще раз взглянула на него. Образ его, стоящего там, по ту сторону разделяющей их решетки, врезался в ее память больше всех других.
Джон так не вписывался в эту обстановку… Но он пришел, потому что приходил всегда, когда она попадала в трудную ситуацию. Он любил и одновременно ненавидел ее в этот момент.
Внезапно Фрэнсис поняла, что Джон никогда больше не предложит ей выйти за него замуж. Скорее он откусит себе язык. На глазах у нее закипели слезы, и она быстро отвернулась, чтобы он этого не заметил. Фрэнсис отказала ему во второй раз — и теперь потеряла его навсегда. При этом она чувствовала, что ее потеря заключается не только в этом мужчине, а охватывает все, что составляло ее жизнь.
Принято решение, отрезавшее ее от всех, кого она любила.
Фрэнсис вышла из комнаты, так и не посмотрев больше на Джона.
В какой-то момент ее положили в больницу. У нее было тяжелое воспаление легких и такая высокая температура, что Фрэнсис едва понимала, что происходило. Только значительно позже она осознала, как близко была к смерти в те недели.
В больнице ее навестила Маргарет. Она очень похудела и по малейшему поводу начинала плакать.
Филипп просиживал у кровати Фрэнсис столько, сколько ему разрешали. Пришел Джордж. На нем была униформа курсанта военной школы в Сандхёрсте, и Фрэнсис, блуждая в лихорадочных сновидениях, не узнала его. Он рассказал, что Элис отпустили из тюрьмы, но ее тоже принудительно кормили, и теперь у нее подорвана психика. Только позднее это известие дошло до сознания Фрэнсис. Она также не помнила, что постоянно звала мать, но Морин не пришла. Иногда видела над собой доброе, худое лицо седовласого мужчины — и тогда ей казалось на миг, полный радости, что это ее отец.
Но, несмотря на постоянный туман, окутывавший ее, Фрэнсис все же поняла, что это был не Чарльз, а врач, который ее лечит.
Но он придет, скоро, подумала она с неизменной надеждой ребенка, который еще не знает, как редко бывает благосклонна жизнь к исполнению заветных желаний.
Ее отец действительно пришел, но это произошло не так, как она об этом мечтала.
